— Да. Они покинули город, пока было собрание. Надеюсь, никто их не заметил. Нужно придумать подходящую причину, по которой они сбежали из города. Хоть смерть Рейнальдо и является веским поводом уехать из опасного для них города, но все же не так быстро, — засомневался вампир, поправляя очки на носу, тем самым немного шокируя своего собеседника, который совершенно ничего не знал о произошедшем.
— Как это, смерть? — удивленно спросил Мэдерик, остановившись посреди пустого коридора. — Рей мертв? — по его лицу было понятно, что он не знал о случившемся и был немного напуган и расстроен услышанным.
— Ты не знаешь, да, — понял вампир, продолжая свой путь медленными шагами, то и дело оборачиваясь на догонявшего его смертного. — Манила напоила Рейнальдо своей кровью, подчинила его волю себе. Мальчик не захотел сдаваться. Он боролся из последних сил. И чтобы остаться собой, он попросил Мигеля помочь ему…
— Мигель его убил? — понял мужчина. — И как этого древнего не лишили головы Броня и Кристиан. Они так оберегали парнишку от проблем. Он будет гореть в костре утром? — спросил Мэдерик у доктора, желая узнать, сможет ли он попрощаться с ребенком, которого толком и не знал.
— Нет. Никто не попытался убить Мигеля. Он не хотел убивать Рейнальдо. Видел бы ты его лицо. Оно было искажено болью. Он все рассказал нам во время собрания. А Манила и не отрицала своего замысла. Она напоила своей кровью почти всех, кто был на собрании. Но на вампиров это никак не влияет. Именно поэтому Мигель с легкостью напал на Манилу и убил ее. Он был в ярости от того, что ему пришлось убить несчастного мальчика. Остальные убили ее приспешников, которые не заметили в ее безумстве ничего страшного. Но оставаться в городе им было опасно. Если кто-то узнает, что они виновны в смерти Манилы и Рейнальдо, им начнут задавать вопросы. Они не смогли бы на них ответить, — честно признался в своих опасения Шафи.
— Да уж, проблемы они создавать умеют, — усмехнулся Мэдерик, вспоминая, чем закончилось его знакомство со злосчастной компанией искателей правды.
— Что ты имеешь в виду? — спросил у него лекарь, уже открывая двери в свои владения, в которых было шумно, как никогда прежде. — Они и тебе нервы попортили? — с усмешкой поинтересовался вампир, оглядываясь по сторонам, дабы понять, чем вызвана паника его учеников, которые сновали по всему лазарету.
— Ну, я сбежал из своего города, бросив пост главы города, как у вас принято называть таких людей. Я бежал из города с дочерью, едва не умер, мой брат умер у меня на глазах. И все, что у меня осталось — ребенок, который не знает, что я — ее отец, десяток покалеченных, едва живых людей, которые поняли, что я пытался их спасти, и воспоминания, от которых не становится легче, — перечислил все свои приключения Мэдерик, осознавая, какой кошмар пришлось пережить тем, кто остался в его родном городе до конца.
— Так все же ты был главой города! — поймал его на признании Шафи. — Тогда почему отклонил свою кандидатуру в члены совета? У тебя больше опыта, чем у всех тех, кого в итоге выбрали, — не мог понять вампир столь явное желание сбежать от ответственности, связанной с правлением целым городом.
— Я просто устал решать за всех. Я хочу отвечать лишь за себя и свою дочь. А большего мне не надо, — честно признался Мэдерик, так же замечая, что в лазарете слишком неспокойно. — Что тут происходит? — спросил у собеседника мужчина, начиная паниковать от одной мысли, что он оставил здесь свою дочь, которой теперь не видел.
— Сам не пойму, — сознался вампир, подлавливая проносящуюся мимо девушку. — Что случилось? Почему вы все так носитесь? — спросил он у нее, вид которой говорил о том, что виной тому не просто смерть пары человек, которые умирали в этом крыле здания почти каждый день.
— Один из беглецов пришел в себя. Он словно сошел с ума. Кидается на всех, кричит, говорит что-то про ледяной город, про воду. Мы не можем его понять. Он кричит, хватает всех, пытается сбежать. — Бросив взгляд на Мэдерика, девушка быстро опустила глаза и добавила, более тихо и спокойно: — Он напал на девочку. Мы успели вовремя, но он оцарапал ей руку. Она в кабинете Шафи. Пара учеников обрабатывают ей раны. Мы не знаем, как его спасти. Несколько человек очнулись с такими же симптомами. Они словно сошли с ума. Мы не знаем, как им помочь, — с жалобой ответила обоим мужчинам девушка, наконец срываясь голосом и давая эмоциям вырваться на свободу.