— Что не так? — спросил у замершего на месте Мэдерика один из вампиров. — Ты хорошо их знал? — посмотрев на уснувших вечным сном людей, спросил страж.
— Этот ребенок официально считался моим сыном. Его зачал мой отец-тиран, силой взяв женщину, которую я был вынужден взять в жены. Малек. Он был старшим, и унаследовал трон после моего побега. Именно он велел всем покинуть умирающий город, — тихо ответил им смертный. — Мне сказали, что он умер по пути и его нес на руках один из рабочих. Они отстали от остальных. Все подумали, что они потерялись.
— Жаль его. Но, как показывает практика, дети редко переживают такие путешествия. У него изначально не было шансов, как и у всех детей. Те трое, которых пытался спасти Шафи, еще долго продержались, — со свойственным всем вампирам равнодушием заметил старый страж, проходя дальше. — Мы еще много детей повстречаем на пути. Соберись с силами, смертный. Сегодня ты похоронишь почти весь свой город.
— Можешь хоть немного жалости проявить? Это ведь его сын, — тихо попросил у коллеги младший из вампиров, которому на вид было не более пятнадцати лет. Его насильно обратили еще ребенком, нарушив тем самым все законы, и лишь милость Манилы спасла новообращенного от смерти на рассвете, на которую обрекали всех детей-вампиров. Он казался самым живым из тех, кто вызвался дойти до Севера и выяснить, действительно ли все мертвы.
— Он сам сказал, что это был не его ребенок. Не похоже, что он питал какие-то теплые чувства к своей семье, иначе бы не бежал сломя голову черт знает куда. Так что не надо кричать о гуманности. Мы все мертвы внутри. Хватит терять время. Пора идти дальше. Нам надо в город. Если здесь наследник, то, возможно, нам придется иметь дело с их деспотичным отцом. А это может привести к конфликту интересов. Горожане ведь не особо любят таких, как мы, верно? — поинтересовался у Мэдерика мужчина, вспоминая о тех историях, которые поведал перед путешествием бывший глава Полярного.
— Едва ли Малек покинул город, желая избежать казни. Он был достаточно умным, чтобы позволить кому-то манипулировать собой. Он сам был замечательным манипулятором, — ответил Мэдерик, продолжая смотреть стеклянным взглядом на замерзшего ребенка, которого до последнего пытался спасти человек, подаривший ему больше заботы после смерти, чем родные люди при его короткой жизни за все совместное время.
— Тогда нас ждет огромное подземное озеро с кучей мертвецов в нем. И если это так, то мы осмотримся на случай, если кто-то пошел в другую сторону. А пока идем. Еще рано для выводов и скорби. Пора идти дальше, — продолжил вампир, даже не глядя на лежащие у его ног трупы.
Но чем дальше они шли, тем больше трупов встречали путники на своем пути. Это казалось всем странным, ведь по идее все должно было быть наоборот. Чем дольше люди находились на холоде, чем больше их должно было замерзнуть. Но чем дальше продвигались путники к городу, тем отчетливее они понимали, насколько ужасной выглядит вся эта история. Когда один из мертвецов показался вампирам особенно странным, они присмотрелись к трцпам и заметили причину их возможной смерти.
— Они не замерзли. Они обледенели, — заметив ледовую корку на одежде и коже мертвецов, настороженно ответил один из учеников Шафи, в обязанности которого входило оказание первой помощи тем, кто мог бы пострадать во время экспедиции. — На остальных такого не было. Они что, попали под дождь?
— Они упали в воду, — понял Мэдерик. — Город тонул и кто-то из горожан буквально выбирался из воды. Они умерли ближе всего к городу. Они замерзли насмерть.
— Это многое объясняет. Почему у тех, кто пришел, отморозили часть ног и рук. Почему одежда буквально примерзла к телу. Они тоже промокли, — понял наконец ученик доктора. — Они вытаскивали людей из воды, пытались их спасти, и в итоге сами пострадали. Несчастные. Как же они все мучались перед смертью, — понял он, представляя, сколько времени они испытывали боль от холода, и какой чудовищной она была.
— И стоит ли нам тогда продолжать идти? Если все правда, то они все уже давно мертвы, — скептически заметил взрослый вампир, в волосах которого уже начали появляться светлые волосы перед самым обращением. — Мы лишь потратим время зря. Здесь не южные земли, чтобы прогулки устраивать.