Стук в дверь не заставил долго ждать. Но дверь открывать никто не хотел. Кристиан посмотрел на Виктора, ожидая, что именно он окажется первым, кого увидит загадочная гостья, но тот буквально впал в ступор. В глазах читалась паника, а все тело перестало его слушаться. Он даже забыл, как дышать, благо не сильно в этом нуждался из-за медленного газообмена в организме, в противном случае он бы уже умер от удушья. Посмотрев на Мигеля и убедившись, что тот тоже желает поприсутствовать лишь как зритель, бывший глава городской стражи не нашел иного выхода, как самому открыть дверь и впустить ту, что стояла в коридоре в толпе восхищенных простолюдинов, ожидающих, что же будет дальше.
Перед Кристианом предстала высокая стройная вампирша слегка за тридцать. В ней уже не было той юной невинной красоты, которую вампир то и дело замечал в Броне и Александре. Перед ним стояла благородная взрослая красавица, утонченная и строгая, элегантная и недоступная, какой и положено быть даме в этом благородном возрасте прощания с юностью. Женщина была немного удивлена увидеть перед собой не утонченного, немного женственного, высокого блондина с красивым гладким лицом, а не менее высокого, но более коренастого, немного небритого, темноволосого мужчину с глазами, в которых отражался кровавый отголосок долгожительства. Вампирша даже растерялась, решив, что из-за волнения ошиблась дверью, но Кристиан отошел в сторону, и перед ней предстал ее старый знакомый, который старался изо всех сил вспомнить ее лицо.
— Виктор, — тихо выдохнула женщина и поспешила в номер, позволяя Кристиану захлопнуть дверь перед любопытными зеваками, в головах которых уже возникли различные сценарии развития событий. Шатену было неприятно наблюдать за столь интимным воссоединением Виктора и его бывшей любовницы, но оставлять своего друга наедине с кем-то незнакомым он не хотел. Поэтому, еще раз угрюмо посмотрев на гостью, он вернулся на свое место, в кресло возле выхода, прямо напротив воодушевленного начавшимся представлением Мигеля, которого совершенно не смущала интимная встреча Виктора и Алфии.
— Привет, — неловко поздоровался машинист, наконец придя в себя и немного растерявшись от неожиданности. Он не думал, что столь благородная на вид женщина обратит на него внимание, даже с его уловками и ужимками. Обычно его спутницами были дамы с сомнительным прошлым или отчаявшиеся найти хотя бы краткосрочную любовь в его лице. И романы всегда оставались в прошлом, но теперь Виктор не был уверен. Кристиан же увидел в сложившейся ситуации угрозу. Виктор никогда не стеснялся и не смущался своих знакомых, которых встречал крайне редко. Мигель тоже заметил это, но предпочел не вмешиваться в происходящее. Он с наслаждением наблюдал за всем с едва заметной ухмылкой на лице.
— Ох, Виктор! Столько лет прошло, а ты все такой же, — с широкой улыбкой счастья на лице заметила вампирша, бросаясь на шею машиниста после небольшого зрительного контакта. — Мальчик мой! И почему ты всегда так теряешься в моем обществе? Я так рада тебя видеть, — заметила вампирша, прижимая к себе ребенка, которым стал когда-то самоуверенный Виктор, смотрящий сейчас на Кристиана с мольбой о помощи.
— Да, я тоже, — выдавил из себя Виктор, пытаясь разорвать слишком крепкие для замужней дамы и ее бывшего любовника объятий. — Я слышал, ты вышла замуж? Рад за тебя. Надеюсь, ты счастлива в браке, — попытался начать разговор Виктор, стараясь взять себя в руки и выдать свое замешательство.
— Да, все верно, — выдала женщина, отступив, но не отпуская рук своего собеседника. — Я сделала, как ты и советовал. Я призналась Кифу и оказалось, что он тоже питает ко мне чувства. Мы почти сразу обручились. Я так счастлива, что нашла свою истинную любовь. Я так тебе обязана, — принялась воодушевленно рассказывать вампирша, продолжая упорно игнорировать присутствие в комнате кого-то еще, кроме Виктора. — А что на счет тебя? Ты нашел ту самую? Как ты ее описывал? «У моего идеала голубые глаза и светлая кожа, большая душа. На святую похожа», — процитировала женщина слова своего знакомого наизусть, запомнив четверостишие наизусть, впечатлившись стремлением юноши найти ту самую.