— Нет. А что это? Оружие или сигнальное оповещение? — не сводя глаз с разноцветных вспышек в вечернем небе, предположил любопытный ребенок, затаив дыхание и запоминая увиденное чудо.
— Нет же. Это просто красиво. Мы так празднуем день рождение нашего основателя. Каждый год мы запускаем фейерверки и устраиваем ярмарку, где полно еды и развлечений. Кстати, пойдемте со мной. Я приведу вас на праздничную площадь. Вам будут там рады, — предложил уже немного пьяный мародер, несмотря на недоверчивое отношение престарелой владелицы отеля к тем, кто употребляет алкоголь и привлекает к себе внимание.
— У вас есть праздники? — удивилась старушка, все же уступая любопытству детей. В Рейнбоу уже давно не было и подобия гуляния людей, поскольку это лишь напрасная трата времени и ресурсов. Ее вопрос явно удивил мужчину, но тот решил не уточнять ничего, дабы не смущать несчастных горожан, для которых многое было открытием.
— А сколько у вас праздников? — поинтересовалась одна из девушек, пытаясь понять, как часто ей повезет наблюдать нечто подобное за тот короткий год, что мародеры проведут в разрушенном ими городе.
— Очень много. Я даже не отвечу так. Но, если тебя интересуют салюты, — с этой фразой он указал пальцем на небо, в котором то и дел вспыхивали яркие огни, освещая им путь, — то они присутствуют абсолютно при каждом из них. Некоторые их запускают даже на дни рождения или после удачных родов. Я могу вам дать пару небольших. Потом сами запустите, — с улыбкой предложил детям мужчина, вызывая у тех восторг.
— А это не опасно? — скептически поинтересовалась Клара, пересекая когда-то главную площадь города, которая теперь на ее удивление была усеяна осколками и камнями от разрушенных домов.
— Если делать все правильно, то ничего не произойдет. Мы научим вас. У нас все знают, что бывает с теми, кто относится к фейерверкам неподобающе. Я вон, трех пальцев лишился по глупости, — с добродушием ответил мародер, поднимая на уровень глаз покалеченную руку и показывая свою детскую травму. — Так что, дети, вам придется быть весьма внимательными, если не хотите стать уродливыми калеками, как многие из наших пьяниц.
— Едва ли я позволю им заниматься чем-то подобным сегодня, — отстраненно заметила старушка, поглядывая на небо. — Это слишком опасно для детей. Пусть сначала понаблюдают со стороны. Едва ли это единственный праздник, который мы застанем в нашем городе, — с неким сомнением заметила она, немного огорчив детей, но при этом не разрушив окончательно их надежды и мечты. Посмотрев на грозную и уже уважаемую пожилую даму, мужчина понимающе кивнул, на миг почувствовав себя провинившимся ребенком под тяжелым взглядом немного настороженной старушки.
— Ну, мы тут пока до весны, а там как командир решит. А до весны праздников будет еще много, — заверил их мужчина, выходя на довольно оживленную улицу, где почти все люди шли в том же направлении, что и местные жители. Их встречали, с ними здоровались и желали им всего хорошего, иногда угощали чем-то вкусным или дарили что-то интересное. Подростки и дети были буквально полны счастья и той радости, которую они испытывали лишь в те дни, когда им позволялось не работать от рассвета до заката. Клара же была настроена более настороженно, осматривала толпу людей, что неумолимо становилась ближе, когда они подходили к той самой ярмарке, полной веселой музыки, смеха и приятных запахов, вызывающих желание попробовать то, что имеет такой замечательный аромат даже у самой Клары.
В сердце праздника все говорило о царящем в людях празднике. Все пели, танцевали, пили и ели. Глядя на них, сложно представить, что эти люди несколько месяцев назад пришли в этот город с оружием и убил почти всех его жителей. Перед небольшой группой выживших предстали добродушные милые мужчины и женщины, среди которых Клара была искренне удивлена увидеть подростков и детей, которые рождались у мародеров во время их долгого путешествия в никуда. Однако старушку больше всего интересовало нечто иное. Среди толпы она старательно искала того, кто прятал чудовищное лицо под тряпками, уверенная в том, что он точно не пропустит такой праздник. Спасенные ею дети уже давно разбежались в разные стороны, желая побольше попробовать вкусностей и увидеть больше чудес. Старушка немного волновалась за своих воспитанников, но после того, как одного из младших к себе на плечи посадил один из наиболее грозных мародеров с громким смехом и принялся катать того, даруя ему неописуемые эмоции, женщина немного успокоилась. Даже те, кто изначально был против сохранения их жизней, теперь хорошо относились к детям и старой строгой владелице отеля, которая одним взглядом могла поставить любого человека на место. Да и приказ командира имел вес в их принятии выживших в своем обществе. Однако надолго выпускать детей из виду она не хотела.