4
Неизвестный город закончился ближе к ночи. Ни одного живого существа путники так и не встретили. Лишь птицы щебетали неподалеку, да пару раз раздавался рев диких зверей. Однако все звери побоялись приближаться к шумной и опасной машине, воспринимая ее, как опасного животного. Виктор установил скорость локомотива на минимум. Даже яркие фонари поезда не могли осветить опасный участок дороги. Ветви деревьев то и дело били то по стеклам, то по обшивке локомотива, заставляя вздрагивать наряженных путников. Видимость была минимальная, и никто не мог предположить, в какой момент придется вновь сделать остановку и выйти из безопасного места на улицу, чтобы убрать очередное препятствие. Но до самого рассвета опасения оставались беспочвенными. Ни природных, ни ручных баррикад не появлялось на пути следования. Даже когда дома перестали попадаться на глаза беглецов, и они начали ожидать такой же стены, что была при въезде в неизвестное поселение, ничего подобное не возникло. Это вызвало вопросы у путников, но все предпочли оставить их при себе, дабы не вызывать паники у тех, кто об этом даже не задумывался. Но думали об этом абсолютно все. Даже близнецы, выглядевшие изначально спокойными и тихими, были обеспокоены столь очевидным недостатком в строительстве укрытия города от посторонних глаз.
— Ты думаешь, люди могли здесь жить независимо от нынешнего режима? — тихо спросил у Брони подошедший к ней Кристиан. После смерти Рейнальдо он старался обходить стороной девушку, дабы не вызывать в ней негативных эмоций, которые и без того бушевали в ней, выражаясь в раздражительности и злобе. Однако теперь ему хотелось обсудить эту тему с кем-то, кто думал немного иначе, нежели остальные. Будь подросток жив, вампир бы предпочел услышать его мнение, но теперь ему придется общаться с не менее умной, но куда более скрытной северянкой.
— Я скажу тебе больше, — уверенно заметила девушка. — Множество людей живет сейчас независимо от режима. Вампирам плевать на тех, кто бежит и кто стоит на месте. Все, кто оказался вне системы городов, абсолютно свободны и независимы. И, если поверить слухам, многие бегущие уходят с маршрутов и создают небольшие поселения и города. Они живут своим трудом и редко прибывают в торговые города, как туристы или путешественники, дабы купить или обменять что-то в городе и покинуть его с обозом. Думаю, ты тоже видел бегущих, что уходили из города через пару дней с большими сумками на плечах, предпочитая запасы провизии алкоголю и увеселительным застольям, — посмотрев на вампира тихо предположила девушка, заставляя Кристиана погрузиться в воспоминания о том, что он видел во время защиты Рейнбоу.
— Ты думаешь, это были поселенцы? — тихо проговорил вампир, вспоминая пару случаев столь странного отбытия туристов из города. — Как они не боятся выдать свое местоположение вампирам или диким? — недоумевал бывший глава городской стражи, осознавая, как рисковали такие бегущие во время своих путешествий.
— А что бы ты сделал, узнай о деревне неподалеку от города? — спросила у него Броня. — Отправил бы туда своих вампиров и разорил ее? Или бы рассказал начальству, чтобы те сами приняли решение о судьбе поселенцев? Едва ли бы что-то изменилось после этого. Они не мешают, не нападают на города и поезда, не грабят путников. Система туризма сама безвозмездно дает этим людям местную валюту, а как ей распоряжаться гости решают уже сами, — пожала плечами Броня, давая понять о том, что люди рисковали лишь своей жизнью, но никак не своим поселением, поскольку никаких законов они официально не нарушали. — Пустошь официально не подчиняется законам мегаполисов и столицы. Там вообще нет законов.
— Восхитительно, — только и выдал Кристиан. — Я столько лет жил в городе и был уверен, что система остается без изъянов и является абсолютной. Но теперь оказывается, что вся система, все законы имеют свои изъяны и недочеты. Вся система рушилась на протяжении всего существования, гнила, словно труп…
— Добро пожаловать в реальность, — похлопав вампира по плечу, закончила разговор Броня. — Я так устала, что готова проспать еще несколько лет.
Девушка подошла к небольшому спальному месту, где все это время сидели близнецы, и присела рядом с ними. Не успели те предложить ей прилечь, как она уже уснула, облокотившись спиной о стену и найдя опору для головы в углу помещения. Александр, не привыкший засыпать без дурных мыслей и долгих приготовлений даже присвистнул от удивления, но тут же получил ощутимый удар от заботливой сестры, которая не хотела будить уставшую девушку.