6
Вечером в дом генерала начали сходиться гости. Кто-то пытался сделать вид, что просто проходил мимо, кто-то даже не скрывал своих намерений высказаться по поводу разворачивающихся слухов о появлении давно забытого всеми ребенка в доме столь уважаемой семьи. Не обошли их стороной и те единичные случаи исключения из общего правила об отсутствии вампиров на островах. Даже тот, что сохранил детские черты после обращения, кого посмел упомянуть Мичи, явился на поклон членам семьи, скрывая за своим беспокойством ревность и желание быть исключительным, и потому уникальным. Наличие нескольких, или даже одного вампира хоть немного сравнимого с ним по умениям и силе сильно беспокоило местного вампира. Конкуренция юному монстру была ни к чему. Он уже избавился от всех вампиров, что прибывали на близлежащие острова, но если они будут жить в главном доме, их исчезновение может привлечь внимание.
— Бажена, ты ведь понимаешь, насколько это опасно? — сидя в тени беседки в небольшом саду поинтересовался у своей подруги вампир. — Не все вампиры так спокойны и терпеливы к предвзятому мнению о нас. Я долго жил в мире, знаю, что такое человеческий страх. Я — самый старый среди вампиров. Прислушайся к моим словам. Вы не знаете, что внушили той девочке в мире, полном жестокости и крови. И тем более, никто не может сказать, с какими намерениями к нам прибудут ее друзья. На Сикоку не так жестоки и консервативны, как на Мадагаскаре, но я очень хорошо знаю, как именно там допрашивают тех, кого ловит в океане. После такого у любого появятся дурные мысли.
— Ох, и не говори. Я бы с радостью никого из них даже близко не подпускала к Хонсю, но этот старик со своим внуком уперлись. Для них эта девчонка — потерянное сокровище. Еще и Воимир со своим пацифизмом. После того, как ему оторвало ноги на этой войне, он совсем разума лишился. Поддержал мальчишку, когда тот решил зубы показать. Считают, что это их дом, и они тут главные. Одно мое слово и все слуги откажутся им служить только из-за одного этого слуха. Лишь из уважения к старости этого маразматика и наивности ребенка я все еще терплю их поведение. Но этот Воимир лишь подливает масла в огонь. Боже, я даже начинаю говорить, как он! — нервно возмутилась женщина, обреченно взмахнув руками, находясь уже на грани нервного срыва.
— Не волнуйся, милая, — хватая ее за руку и аккуратно накрывая ее тонкие, не обрамленные годами тяжелой работы ладони своими детскими ручками, попытался успокоить ее собеседник. — Нервы опасны для столь хрупкой смертной красоты. Я не хочу, чтобы ты состарилась раньше времени, — вызывая у собеседницы улыбку, заметил вампир. — Возможно, допрос в Сикоку решит наши проблемы. Вампиров там не кормят неделями, а то и месяцами. Если они выдержать пытки и издевательства, голод не даст им покоя, и они сорвутся. Один неверный шаг и местная стража возненавидит всех. А там и до казни недалеко. Не нужно быть такой пессимистичной. Всегда нужно надеяться на лучшее, — тихо заметил юноша, улыбаясь по-детски мило, но в то же время слишком холодно и зловеще для того, кто хотя бы пытается быть человеком. Но для тех, кто видел лишь пару вампиров за всю свою жизнь, это казалось нормой, самым искренним, на что способны живые мертвецы, лишенные всех зачатков души, безэмоциональные и жестокие, но при этом знающие сочувствие и умиление от общения со смертными, словно вспоминая, что когда-то сами такими были.
— Как же хорошо, что ты мил со мной. У меня много друзей, но только ты всегда поддерживаешь меня. Остальные продолжают говорить о том, что я слишком предвзята. Даже мои дочери уже не так уверены в своей решимости не допустить зло к нашему дому. Для них она — всего лишь ребенок, насильно увезенный из родного дома в чужую страну, где ей пришлось пережить множество невзгод. Но нам ли не знать, как хорошо могут устроиться миловидные смертные в мире вампиров.