— Ведите себя правильно, и они никого не тронут, — повторил генерал. — Вам лучше сохранять спокойствие и быть тихими. Бронислава, я все видел. Будем надеяться, что твою шалость не заметят они, иначе сожгут на костре, — предупредил девушку генерал, не желая подвергать ее опасности, благо никто из стражей не понимал его слов. После все удалились, оставляя подопечных одних под надзором двух сторожевых, которые стояли за большой железной дверью, которую со скрипом заперли, оставляя пленных наедине со своими мыслями и страхами.
— Кто эти клоуны? — тихо спросил Виктор, чувствуя растущий гнев и негодование. — Их где военному делу учили? В коматозном состоянии? Оставаться в темноте в компании вампиров, которых вы не знаете? Вести небольшим количеством, даже не приведя оружие в боевую готовность. Они даже нас не обыскали!
— Молчи, дурак! — велела ему Броня. — Еще не хватало, чтобы ты их на нашем примере учил, — недовольно проворчала девушка, убирая под одежду связку ключей. — И не шумите вы так сильно. Нам еще драк со стражниками не хватало ко всему прочему, — уже тише заметила девушка, присаживаясь на голую деревянную скамью.
— Они все молодые и неопытные, — попытался оправдать своих пленителей Винсент. — Скорее всего им не доводилось иметь дело с живыми вампирами. Вы видели их глаза? Детские, напуганные и растерянные. Они не видели прежде, как блестят во тьме глаза вампиров. Один едва не отскочил от меня, когда меня увидел.
— Ну почему мы должны торчать в этих клетках, как дикие звери? — не мог понять Виктор. — Мы же можем просто взять и выломать решетки, — предложил вариант вампир, но тут же получил удар от Кристиана через решетку по белесому затылку, громко вскрикнув от этого. — Ты чего дерешься? Я же ничего не сделал, просто предположил, — громко возмутился вампир, потирая ушибленное место, после чего едва слышно проворчал: — Вечно вы меня бьете.
— Потому что ты вечно чушь несешь, — недовольно заметил Кристиан, потирая руку, которой приложил младшего. — К тому же, зачем так орать? Тебе же сказали, что нужно молчать. А ты языком треплешь, — тихо проворчал старший вампир. — Не нужно выговаривать все наши преимущества, чтобы нас их лишили. Мы черт знает где, не знаем, сколько нас держит тут человек. Мы даже не знаем, как нам отсюда сбежать, а ты продолжаешь болтать без остановки.
— Ой, ну тогда я буду молчать, — обиженно ответил ему Виктор, сложив руки на груди и усевшись подальше от Кристиана, для которого это было нормальным делом. Виктор часто обижался из-за грубых нравоучений старшего, которому часто не нравилось слишком развязное поведение воспитанника. Поэтому никто из заключенных не ответил на эту его фразу. Они больше думали о том, как им выкрутится из этого живым и с минимальной тратой времени и сил.
8
— Ты думаешь, это правильно — оставлять их вот так, в камерах, не сказав им ни слова о предстоящей процедуре? — спросил младший по званию представитель семьи у генерала, пока они сидели за небольшим обеденным столом в небольшой гостевой комнате, которую предоставляли всем гостям с высокими званиями. Их матросы располагались в большом помещении, напоминающем казарму, однако командование всегда размещалось в более лучших условиях.
— Едва ли мне бы позволили рассказать целый доклад о том, что такое допрос, и какие пытки и наказания могут применить к тем, кто будет себя неправильно вести. Остается только надеяться, что они сами поймут, как вести себя, — тихо ответил ему генерал, чувствуя сожаление и страх перед предстоящими событиями. — Удивительно, что мне позволили обратиться к ним. Хотя, учитывая, что они не знают языка коренного населения, может, они решили, что я рассказываю им, что их ждет, — пожал плечами мужчина, продолжая устало потирать глаза. Они не могли уснуть, переживая за своих пленных, поэтому предпочли разыграть шахматную партию, дабы скоротать время. Ведь на рассвете им предстоит наблюдать первый допрос.
— Меня больше удивляет, что они оставили в живых наших красноглазых друзей. Их даже не подвергли пытке ультрафиолетом, — заметил странность поведения стражников младший. — Ты их предупредил, чтобы к ним хорошо относились? Не думаю, что они сами пощадили этих ребят, — понял мужчина, заметив хитрый огонек в глазах своего собеседника.