— Интересно, им просто хотелось нас увидеть или они желали выгнать нас из города? — вдруг задался вопросом Виктор, поражаясь тому, сколько же людей помещалось внутри дома. Он вдруг подумал, что там наверняка очень грязно и душно после такой толпы и теперь все впечатление Брони об огромном доме, в котором живут ее родственники, будет безвозвратно потеряно.
— Едва ли они хотели поприветствовать новых жителей города, — с сомнением предположил Кристиан. — Ты же слышал, о чем эти трое шептались. Даже родня Брони против ее возвращения, что уж говорить об этих ребятах, — кивнул он в сторону странной парочки, которая, заметив на себе взгляды нежелательных гостей города, показушно вскинула головы и прошла мимо, словно королевская чета, нарочито медленно и размеренно, бросив короткий высокомерный взгляд в сторону пассажиров. — Богатенькие ублюдки. Они есть везде, где есть деньги и власть. Они сделают все, чтобы выгнать нас из этого города, — с недовольством заметил бывший глава городской стражи погибшего города, который не понаслышке знал, насколько избалованными могут быть те, у кого есть деньги на все в этом мире, даже на вечность.
— Хорошо, что наша маленькая злючка из более богатой и влиятельной семьи, — с радостью заметил Виктор, обнимая за плечи и прижимая к себе недовольную Броню, которой все меньше нравилось ее нынешнее положение в обществе, где правят люди, смертные и потому поддающиеся страстям, а не вечные дети ночи, равнодушные ко всему вокруг.
— Не трогай меня, — хрипло попросила Броня. — Я не маленькая, и не злючка. Если ты не заметил, ни Винсент, ни близнецы не получали от меня ни разу. А все потому, что дело не во мне, а в тебе, — буквально отдирая от себя вампира и отодвигаясь от него как можно дальше, громко заворчала девушка. — Что за глупые проявления нежности? Я тебе не подружка, — прохрипела девушка, продолжая вжиматься в сидящего с другой стороны Кристиана, который теперь внимательно вслушивался в разговоры людей в доме, которых хотел понять хотя бы по интонации. Неожиданно во входной двери появился один из мужчин семьи и жестом позвал пассажиров в дом. Не давая остальным опомниться, Кристиан вышел из авто и уступил дорогу другим, продолжая наблюдать за человеком у входа, который разговаривал с кем-то в доме, откуда доносились голоса. Он же первым пошел в сторону дома, призывая остальных быть храбрыми и спокойными, пока ничего не известно.
Пройдя в дом все замерли в удивлении. Перед ними стоял высокий одноногий юноша с лицом Брони, но куда более взрослым, мужественным, немного измученным, как то было и с девушкой во время прочтения дневника безумного ученого. Но даже это не могло изменить его юношеское очарование, которое он смог сохранить в своем совсем не детском возрасте. Юноша стоял, потеряв дар речи, не сводя глаз со своей сестры, которая не знала, что делать в такой ситуации, и переводила глаза с одного своего родственника на другого. Она заметила протез на ноге брата, странный шрам на левой руке, такой же, как у нее, но немного больше, что лишь подтверждало ее чувство родства, которое она испытала при виде своей мужской версии. Впервые Броня почувствовала, что нашла то, что пыталась найти в сотнях своих путешествий, вглядываясь в лица людей, но не отыскав в них то, что видела в глазах незнакомца перед собой. Она видела в нем себя. Ту часть, что потеряла, словно кусочек пазла, из-за которого вся картина не могла сложиться в одно целое. Теперь же она видела перед собой этот кусочек.
— Мичеслав, я знаю, что вы безумно похожи. Этого нельзя отрицать, — аккуратно начал разговор старик. — Но для подтверждения нужно сделать тест. Я лишь не хочу никого обнадеживать, — тихо начал он, но юноша почти сразу его перебил, продолжая во все глаза смотреть на Броню.