Он терпеливо ждал. Затаился, присматриваясь к общему потоку фигур, ожидая, пока из общего количества останутся единицы. Те, кто до последнего боролся или слишком слаб, чтобы поспевать за всеми. Так он просидел минут пятнадцать. Солнце уже начало подниматься над небом, когда подросток заметил хромого седого вампира с довольно длинной грязной бородой. Он отставал от остальных из-за возраста. Да, обращение исцеляет все болезни и делает человека бессмертным, но его физиологическое состояние не меняется. Если кто-то был стар, он так и будет старым и намного слабее молодых особей, тоже относится и к обращенным детям. Вот почему в большинстве своем дикие — это молодые крепкие мужчины и женщины, хотя среди бегущих, что попадаются им на пути, есть и дети, и старики. Те, обратившись, в скором времени сгорают, не угнавшись за своими и не успев найти убежище. Такая же участь была уготована и этому бедолаге. Не ясно, сколько он был вампиром, но максимум он протянет до следующего рассвета, и то, если повезет. Общую картину усугубляло ранение в ногу. Стражи города знали, куда стрелять. Этот шанс Рейнальдо упустить не мог.
Вампир уже был готов сдаться. Он был очень голоден. Уже несколько недель он ничего не ел, не успевал. Будь он человеком, то уже умер бы от голода, но вампиры лишь слабеют. Поэтому он не мог спастись от испепеляющего солнца. Его спина уже дымилась, готовая загореться, когда кусты слева от него шевельнулись. Вампир пригляделся, прищурив взгляд. От недостатка крови даже глаза начали подводить бедолагу. Но плохое зрение не помешало ему разглядеть стоявшего у стены мальчишку, с вызовом смотрящего прямо на вампира через большие очки. Не дожидаясь, пока жертва сбежит, раненный на всей скорости помчался к кустам. Он запрыгнул в кусты, но обнаружил там лишь небольшую нору в стене города. Старик сразу понял, что она достаточно глубокая, чтобы быть проходом за стену или хотя бы убежищем, в котором он сможет переждать день и подлечить свои раны. На миг вампир решил, что ребенок ему лишь привиделся, но, услышав шорох в проходе, он залез внутрь. Там жутко воняло давно умершим телом, на которое вампир даже не обратил внимание. Он уверенно полз к своей цели, надеясь поймать ее до того, как закончится туннель и свет вновь обожжет его тело. Но в порыве скорого утоления голода дикий позабыл о боли, о солнце, обо всем, что могло бы его потревожить. Вот мальчишка вылез из прохода и остановился неподалеку. Вампир видел его ноги, уверенно двигаясь вперед, убежденный в своей бесшумности и коварстве. Но, как только он появился, чтобы схватить жертву, поймали его самого.
Две пары сильных рук схватили его и повалили на землю. Обескураженный таким хамством вампир начал вырваться, пытаясь покусать нападавших, надеясь, что если его и поймают и сожгут на солнце, то кто-то из наглецов будет обречен на ту же участь. Одного юркость дикого сильно напугала, другой же не отступал, чем поплатился целостностью своей правой руки. Но даже укус не заставил его отпустить обреченного на смерть вампира.
— Мы его не удержим, — борясь с чересчур прытким вампиром отчаянно заявил Александр, стараясь уберечься от острых зубов. Его сестра попыталась связать руки поваленного наземь, но у нее ничего не получалось, потому что заломив одну руку, мужчины выпускали вторую. Наблюдавший все это время в стороне подросток поспешил им на помощь, стараясь изо всех сил свести руки чудовища вместе, но тот все так же был силен.
Броня стояла у стены, держа в руках мешок, который по плану уже должен был красоваться на голове дикого. Она без особой надежды смотрела, как ее знакомые пытаются совладать с чудовищем, потом подняла с земли булыжник, когда-то составлявший часть стены, отбросила мешок, подошла к разбушевавшемуся пленнику и как можно сильнее ударила его по голове. Вампир потерял сознание, и его обмякшее тело оказалось в полной власти пленителей. Броня выпрямилась в полный рост, отбросила в сторону камень, наблюдая, как неестественно темная кровь тоненькой струйкой медленно стекает на пожухлую от вечной тени траву. Лишь через несколько мгновений она оторвала взгляд от нанесенного ею увечья и надела на голову дикого мешок.