— Что там? — спросила она у Винсента, показывая пальцем на обнаруженную находку.
— А ты глазастая, — усмехнулся Александр на ее вопрос. — Это окно на случай, если наш новый друг попытается вырваться из плена или покусать кого-нибудь, — с самовлюбленным видом ответил он за своего предка, надеясь выглядеть в глазах гостей умным молодым человеком.
— А если он это сделает ночью? — задал вполне логичный вопрос Рейнальдо, оценивая вес кандалов в своих хрупких слабых руках. Его вопрос застал владельца мебельной мастерской врасплох. Он посмотрел на Винсента, молча прося его спасти от позора. Тот лишь посмеялся, после добавив:
— Нам остается надеяться, что этого не произойдет. Ну, думаю, он не вырвется. Уже утро и, не знаю, как вы, а я намереваюсь немного вздремнуть.
Винсент подошел к двери выхода в добром расположении духа. Все прошло как нельзя лучше. Он открыл дверь, уже начав напевать незамысловатую приятную мелодию, когда из-за угла вышли Виктор и Кристиан. Первый был немного смущен тем, что ему пришлось проникнуть на собственность почитаемого в городе старого вампира, пусть тот и привел в дом незваного гостя в виде дикого. А вот лицо второго выдавало его самодовольство и правоту. Он знал, что эта компания задумала что-то невообразимо глупое, и теперь убедился в этом.
— И что я вижу, Винсент? У тебя слишком много тайн, — с довольной улыбкой едва ли не пропел вампир, скрестив руки на груди. — Но это уже как-то слишком, даже для тебя.
Безумие
1
Появление нежелательных свидетелей повлияло на боевой настрой всей команды. Кристиан был непоколебим. О его строгом характере и жестокости к нарушителям закона ходили легенды, потому Винсент отступил на шаг, увеличивая расстояние между собой и незваными гостями, опасаясь за свою жизнь. Виктор проследил за руками владельца отеля и заметил, что тот машинально прикрывает ими своих смертных потомков. Это не могло его не впечатлить. Смертная забота, столь дикая для всех вампиров и столь затерянная, хоть еще и сохранившаяся в воспоминаниях теплота, страх потерять кого-то близкого. Он непроизвольно обвел взглядом тех, кто стоял за спиной старого вампира, и наткнулся на полные страха глаза Александры. Два голубых колодца прожигали его насквозь, вызывая чувство неуверенности и даже некой вины.
— Что ты тут забыл? — резко бросила Броня, подходя ближе к Кристиану, медленно, словно хищник, но совершенно не чувствуя перед ним страха или вины.
— Это я у тебя должен спросить, а заодно и узнать, что здесь делает этот дикий? — глава городской стражи словно не замечал приближающегося человека, пристально глядя в постыдные глаза старого друга. Зато девушка замечала Кристиана. Более того, ее зоркий взгляд уловил кое-что маленькое, что показалось ей до боли знакомым.
Северянка подошла вплотную, так и не удостоенная внимания незваных гостей, чьи взгляды притягивала чета местной аристократии. Она в упор смотрела на знакомую вещицу, то ли из страха ее потерять из виду, то ли не веря своим глазам, пока не решилась схватить ее и вырвать вместе с куском плоти. Кристиан так и не понял намерений новой знакомой, пока не заметил боковым зрением резкое движение, а следом за ней и боль в левом ухе и теплую жидкость, медленно стекающую по шее. Он был намерен схватить наглую смертную за руку, но поймал лишь свою кровь и воздух. Вампир смотрел на Броню взглядом, полным злости, недоумения и…страха? Да, это было именно оно — то самое чувство, которое бессмертные чувствуют лишь перед солнцем и голодом. Это животный инстинкт, не поддающийся контролю.
— Зачем спрашиваешь, если и так в курсе?! — выкрикнула ему прямо в лицо Броня, показывая окровавленную серьгу, что прежде пропала у нее из номера, а теперь была в ее руке, вырванная из уха нерасторопного вора, забывшего о том, зачем именно он нацепил это маленькое колечко.