— Дикие? Так вот как вы нас зовете, — выловил из речи мальчика новое для себя определение вампир. — Думаю, это слово подходит. — Он опустил взгляд вниз, посмотрел на обрывки дорогого прежде костюма, на босые, жутко грязные ноги, следы крови на оголенной груди и животе. Если бы он мог, то непременно потрогал бы свои волосы, чтобы удостовериться в том, насколько они грязные от пыли, грязи и крови. Прежде пленника не волновал его внешний вид, но теперь он словно увидел себя со стороны, и ему стало тошно от одной картины, что открылась в его воображении. Когда-то он был уважаемым человеком в ту пору, когда женщины еще не работали, следя за домом и воспитывая детей. В двадцатый век он вошел уже старым вампиром, но тогда ему были знакомы стиль и ванные. Но не теперь. И когда все пошло не так?
— Так от чего вы убегаете? Это ведь не солнце, но что тогда? — переспросил Рейнальдо, делая шаг навстречу. Александр попытался оттащить мальчишку назад, но тот своенравно вырвался из чужих рук, продолжая прожигать взглядом забывшегося вампира. На миг в полумраке темницы всем показалось, что тот вновь отключился или притаился, чтобы собрать все свои силы и разорвать цепи, удерживающие его от кровавого убийства.
— А твой знакомый разве тебе ничего не рассказал? Думаю, он в красках поведал твоему юному уму все прелести дикой жизни, — последние слова вампир словно выплюнул, продолжая держать голову опущенной словно что-то скрывая, но при этом внимательно продолжая наблюдать за Рейнальдо. — Мы бежим от тех, из-за кого боимся засыпать, ибо ночные кошмары с ними сводят даже самых сильных с ума.
— Кто это? Вампиры? — продолжал обсыпать пленника вопросами Рейнальдо, не давая тому опомниться и закрыться в себе от всего, что его окружает.
— Я не знаю, — тихо признался вампир. — Все, кто встречался с ними, давно уже на том свете. Знаю только, что они правят днем, нагоняя тех, кого мы пропустили или не заметили, — едва пожал плечами дикий.
— Живых, — перефразировала Броня, осознавая весь ужас своих догадок.
— Да, — кивнул дикий, оставаясь неподвижным, словно кивок — всего лишь видение. — Они бы и нас к рукам прибрали, да только солнце быстрее. Иногда они ускоряются, чтобы успеть за нами и тогда тьма нас не укрывает от них. Лишь однажды я видел этих существ на старых машинах, вооруженные, бесстрашные и дикие. Тогда они многих словили, — вспомнил вампир, и в голосе его впервые за весь разговор появилась интонация того, кто по-настоящему боится.
— Зачем они это делают, — хмуро спросил Виктор, оглядывая своих знакомых, словно они могли ему ответить. Он уже догадывался, зачем этим людям те, кто смог пережить ночь, но совершенно не хотел в это верить.
— А что они могут делать такого, что так пугает вампиров? Зачем им люди и вампиры? И почему никто не может рассказать о них больше? — начал задавать ответные вопросы дикий, переводя взгляд с одного зрителя в мини-зоопарке на другого. — Включите мозги наконец и поймите, в чем была причина.
— Они всех убивают, — понял Рейнальдо. — Но смерть диких едва ли напугает до такой степени. Вы видите ее каждую ночь. У бегущих по Пустоши с ней особые отношения, — юноша рассуждал, стараясь найти ответ на вопрос о судьбе тех несчастных, которым не удалось сбежать от загадочных монстров на автомобилях.
— Они их едят, — догадалась Броня. Теперь все сошлось. Девушка поняла, откуда в полях так много обглоданных костей и пепелищ. Ни дикие, ни беглецы не имеют времени, чтобы заниматься подобным. Северянка всегда ощущала, что в этом есть разгадка чего-то, что мучило ее много лет, но вопросов было так много, что она не могла понять, на какой из них она нашла ответ. Теперь же Броня жалела о том, что всегда была столь любопытной.
— Так говорят, — поправил ее дикий. — Естественно, нет никого, кто мог бы опровергнуть это или подтвердить. Но кое в чем я уверен точно, — сделал небольшую паузу незнакомец. — В том, что я слышал самолично.
— Что это? — спросил Рейнальдо, подходя к клетке еще ближе, словно завороженный.
— Стук сердец тех, кто стрелял по нам в предрассветные часы.
Этого никто не ожидал. Новость, которую с такой загадочностью подал им пленник, вывела заговорщиков из равновесия. Биение сердца. Им обладали лишь живые. Вампирам оно было не дано, а вернее сказать, это было отнято у них теми, кто их кусал. Нельзя сказать, что вампирское сердце было мертво, нет. Оно билось, но так тихо и медленно, что даже древние вампиры могли это понять, лишь сильно прислушавшись к интересующему его объекту. А теперь оказывается, что кто-то из людей стал каннибалом и не простым, а тем, кто не боится даже детей ночи.