— Он это доказал, — с загадочной полуулыбкой на лице ответил ему Кристиан, поглядывая на взбудораженного собеседника. — Он нашел Рея по запаху, когда вокруг была такая вонь, что глаза слезились. А потом по звуку определил, что тот делает, — вкратце пересказал бывший глава городской стражи. — А ведь мимо проезжала военная техника и грохотала так, что земля тряслась. Это было просто удивительно.
— А что, Рейнальдо делал что-то непотребное? — с ехидной улыбкой и игривой искоркой в глазах спросил тот, поглядывая на юного подростка, лежавшего на краю прохода с закрытыми глазами. Парень сильно устал и едва ли не спал, расслабившись после пережитого потрясения.
— Ну ты и извращенец, — фыркнул Кристиан, закатывая глаза. Он уже привык к столь извращенному чувству юмора своего творения, но их разговор слышал и Мигель — старый вампир из прошлой эпохи, где такое поведение, судя по книгам и другим сохранившимся источникам, являлось довольно вызывающим неприличным в ту эпоху, в которой родился вампир. Кристиан опасался, что тот, как вампир позапрошлой эпохи, мог понять его друга немного иначе. Даже люди принимали Виктора за надоедливого засранца, не то что старые традиционные вампиры.
— Ну, раз нас слышит этот дикарь с шикарными глазами, то… — игриво улыбнулся блондин. — Эй, дедуля, — нараспев позвал он Мигеля, и тот нарочито медленно обернулся с полным равнодушия лицом. — Привет. — Он помахал ему рукой, в том же тоне пропев приветствие с широкой обворожительной улыбкой на лице. Но вампир никак на него не отреагировал. Он лишь посмотрел на него, как на идиота, и потом отвернулся.
— Вот урод, — недовольно цокнул языком блондин. Наигранная улыбка мгновенно исчезла с его лица, что немного умиляло старшего вампира, который никак не мог привыкнуть к таким резким переменам настроения своего друга. Впрочем, лицо кудрявого красавца из средневековья тоже украшала ласковая, непринужденная улыбка, которая появляется лишь в те мгновения, когда тебя что-то сильно забавит, вызывая при этом уже смутные, но дорогие сердцу воспоминания.
Спасенные погрузились в свои мысли, по-прежнему провожая ночной город взглядом, полный печали и растерянности. В далеком каменном силуэте появились первые яркие свечения — признак того, что начался губительный пожар. К утру он, скорее всего, поглотит весь город, ведь нет уже никого, кто стал бы его тушить. Ну, а пока за частично разрушенной стеной красиво заиграл едва заметный тусклый свет, напоминающий отдаленно Броне северное сияние.
Неожиданный взрыв и сильная взрывная волна, отголоски которой слабым ветром достигли тепловоза и его пассажиров, вернул всех к реальности. Неприятный запах заставил людей закашляться, вызывая у вампиров догадки того, откуда он и что является его источником. На месте тихого прекрасного свечения возникло устрашающее зарево, словно открылись врата в Ад. Теперь можно было с точностью сказать, что к утру от города останется лишь пепел да городская стена. Все, живые и мертвые не только в городе, но и за его пределами либо моментально превратились в пепел, либо в ужасающих муках, полных слез и гортанных криков, умрут в скором времени. Сама мысль о том, что тепловоз будут преследовать, а именно этого опасался Винсент, теперь казалась безумной фантазией больного одержимого, но никак не реальностью.
— Что это было?! — вскрикнула от испуга Александра, хватаясь за брата мертвой хваткой.
— Это мой подарок новым гостям города. Нереально прекрасный и одновременно смертоносный фейерверк по случаю их прибытия к конечной точке их существования, — с широкой улыбкой громко оповестил всех Виктор, покинув пульт управления, дабы показаться перед всеми, на чью любовь и благодарности он рассчитывал, при этом в его голосе звучала нескрываемая гордость. — А что, милая, он тебя напугал? — обратился он к Александре, подойдя к ней легкой походкой.
— Она тебе не милая, — прижав к себе сестру, Александр злобно посмотрел на вампира и показал ему средний палец, чем вызвал сильную гордость у членов своей семьи. Виктор же лишь показал язык своему обидчику, после чего недовольно фыркнув, вернулся на свое место в кабину.
— Это та вонючая жидкость в твоей квартире? — уточнил Кристиан, вспоминая удушающие пары, что едва его не убили. — Что это было? Кислота?
— Ох, к чему такая серьезность? Подумаешь, концентрированная кислота под сильным нагревом, — игриво отмахнулся Виктор, глядя на друга любящим взглядом. — Так что? Ты был у меня дома? А зачем? — немного удивился он, не скрывая своей наигранности, сохранившийся на уровне чего-то среднего между детским любопытством и женской навязчивостью.