— Я тебе не брат и не сват! — немедленно рявкнул Веспер. — Ты… — И он замолк, чтобы тот не увидел полувысунутые клыки.
— Меня зовут Аттаген, — спокойно ответил ренегат. — И ты мой брат, хочешь ты этого или нет. В жилах всех нас течет одна и та же кровь, подаренная Лордом Скрытым. Это все тот же симбионт, все тот же штамм.
Вампир прогнулся назад, удобно устраиваясь в воздухе, как будто прямо под его телом висел удобный мягкий матрас.
— Ты хочешь знать, кто ты действительно такой? — сказал он задумчиво. — Тогда подожди. Рано или поздно ты сам должен будешь это понять, сразиться сам с собой. Только помни, что с этого пути не возвращаются. Ты уже не сможешь быть пуделем, хоть минуту побыв настоящим тигром.
В коридоре раздались шаги, и Веспер развернулся. К ним быстрым шагом приближался Нидор, а с ним больше десятка других ночаров.
— Скорее всего они позовут на помощь Ультора, — спокойно прокомментировал ренегат, проследив взгляд Веспера. — Я не сомневаюсь, что Лорд Воин очень растрогается на весть о том, что бывшая любовница ныне является его злейшим врагом. Так что он прилетит как на крыльях и выспросит у меня все, что я знаю. Не сомневаюсь, что у него получится, в конце концов немертвых можно пытать нескончаемо долго. — Губы вампира изогнулись в циничной улыбке. — А потом он отрежет мне голову своей любимой японской игрушкой. Брат, ты хочешь узнать, боюсь ли я?
Веспер медленно покачал головой и снова посмотрел на свободно вытянувшегося в воздухе ренегата.
— Разумеется, боюсь, — серьезно сказал узник и сел. — Но я знаю одно. Я жил, как пристало хищнику, в соответствии со своим предназначением. И я не позволю сделать меня собачкой в службе людей. Ты тоже долго не продержишься. — Он понизил голос до шепота: — И я дам тебе хороший совет: беги. Пока они не поняли, кто ты такой. Пока Ультор не решил убить тебя еще раз. Беги к своим. Некс примет тебя с распростертыми объятиями. Нам нужны такие хищники, как ты…
Веспер сглотнул, а потом сконцентрировался, призывая на помощь всю силу воли. Он успокоился, спрятал клыки, практически насильно засунув их на место.
— Если Лорд Ультор решит, что ошибся, дав мне Дар, — сказал он дрожащим, срывающимся голосом, — то я сам подставлю голову под его меч. Я ночар. Ни один из нас не предал. Никогда.
Он обернулся к Нидору, который был уже совсем рядом, в нескольких шагах. Остальные ночары шли за ним, бросая вокруг беспокойные взгляды. Веспер щелкнул каблуками и взял под козырек.
— Заключенный в целости и сохранности, — официальным голосом доложил он. — Ничего особенного не произошло, только он стал гиперактивным и эмоционально нестабильным.
Коллеги посмотрели на его рассеченную бровь, но никто не прокомментировал.
— Спасибо, — бросил капитан. — Вольно.
Веспер снова щелкнул каблуками. Нидор кивнул ему головой и снова развернулся к ренегату, который все еще сидел по-турецки на высоте полутора метров над землей.
— Ты должен догадываться, что тебя ждет, — спокойно сказал капитан. — Лорд Ультор лично тебя допросит. Так что можешь начать вспоминать все, что ты знаешь. Лорд может быть разочарован, если ему придется проделать такой путь только затем, чтобы получить кусочек ничего не стоящей информации. А мы не любим, когда у господина плохое настроение. Так что я тебя лично прошу, постарайся.
— Я бы на твоем месте стыдился, — медленно ответил Аттаген. — Так без малейшего стеснения признавать себя цепным псом… Особенно такого засранца, как какой-то там Ультор. Аранея рассказала нам несколько интересных фактов о вашем хозяине. Ну, собачки, хотите послушать? Ай, ладно, все равно послушайте. Надо же как-то скрасить долгие часы ожидания.
— Еще одно слово на эту тему, и ты вспомнишь, как выглядит солнечная кроватка, — холодно отрезал Нидор. — И поверь, я сумею так подобрать мощность излучения, чтобы оно оказалось неопасным, а только исключительно болезненным.
— Дорогая собачка, — ренегат рассмеялся в ответ. — Не гавкай слишком много, а то еще ошейник соскользнет и ты не будешь знать, что с собой поделать. А раз уж обо мне речь, то я свою судьбу знаю и готов с ней встретиться. Вам и так придется меня убить, рано или поздно. — Он пожал плечами. — Пожизненно вы меня не посадите, немного долговато получится, дольше, чем заложено в вашем бюджете. Налогоплательщики могли бы начать спрашивать, на что идут эти деньги. А вы же этого не хотите. Вдруг в таком случае не хватит денег на супергиперрафинированную кровь для ваших хозяев, — он презрительно сплюнул, взлетел под потолок и там лег, развернувшись к ним спиной.