— О чем это вы говорите? — спрашивал он, прижимая руки к чахлой груди. — Неужели нужно ждать утверждения закона, чтобы признать предательство достойным осуждения и наказания?
— Правительство, господин профессор, — поклонился ему товарищ министра, — твердо следует по пути выполнения своих обещаний…
— Почему же тогда медлите? Почему у вас военные преступники даже не арестованы, в то время как во Франции и в Бельгии за несколько дней тысячи предателей были осуждены и расстреляны? Почему в Югославии…
Спрашивали члены делегации, спрашивали журналисты — афинские и иностранные. Поднялся шум.
— Господин товарищ министра, — обратился с вопросом корреспондент «Свободной Греции», — не могли бы вы назвать нам имена чрезвычайных прокуроров?
— Список передан для публикации.
— Тем более. Раз он подписан, то никакого секрета уже не представляет! Сообщите нам имена.
Товарищ министра поднял телефонную трубку и вызвал кого-то из высших чиновников.
— Существует ли в министерстве комиссия или другой орган по делам военных преступников? — спросил американский журналист.
Товарищ министра объявил, что при министерстве создан Высший координационный совет.
— Кто в него входит?
— Где этот совет разместился?
— Что он успел сделать?
— Вас много, — сказал товарищ министра, — я не успеваю…
В глубине зала открылась дверь, и вошла большая группа чиновников.
— Теперь вас стало больше, — смеялись журналисты, — мы не успеваем записывать…
— Относительно координационного совета вас мог бы информировать господин Ктенас.
Один из чиновников склонился к товарищу министра и сообщил, что господина Ктенаса в данную минуту в министерстве нет.
— Тогда… — товарищ министра оглядел свою гвардию, — тогда вас информирует господин Кацотакис.
Только теперь Космас увидел среди чиновников судью Кацотакиса. Товарищ министра представил его делегации:
— Господин Кацотакис, вице-председатель Высшего координационного совета по делам военных преступников.
— Не могли бы вы, господин Кацотакис, рассказать нам, какую работу провел совет за истекшее время? — спросил один из журналистов.
— С удовольствием. Наш совет, как вы знаете, еще новорожденный, он создан всего восемнадцать дней назад. Однако за этот период проделана грандиозная подготовительная работа. Необходимая предпосылка для деятельности нашего совета — закон о военных преступниках, и мы ждем его опубликования. В настоящий момент законопроект составляется…
— Составляется? Или составлен? Господин министр сказал, что составлен…
Кацотакис пожал плечами.
— Господину министру виднее…
Корреспонденты снова зашумели:
— Совет ждет закона от правительства, правительство ждет законопроект от совета… Приняты ли какие-нибудь практические меры?
— Мы столкнулись с массой технических сложностей. Пришлось начинать с самого элементарного — с вопроса о помещении: где мы будем собираться, где будем хранить наши бумаги?
— Так у вас нет помещения?
— Даже стульев не было, собирали по одному!
Адвокат, возглавлявший делегацию, возмущенно ахнул:
— Неужели дело стало за этим? Бога ради, что вы говорите! Да если на то пошло, я охотно уступлю вам свою контору! И кресла, и чернильницы, если понадобится!
После адвоката заговорила известная поэтесса:
— Я не знакома с господином Кацотакисом, но господин Ктенас мой сосед. Он владелец великолепного четырёхэтажного дома в центре города. Неужели ему трудно было выделить для нужд совета хоть один этаж, хоть одну комнату?
Едва она кончила, встал Космас:
— У господина Кацотакиса на улице Эврипида есть превосходная, просторнейшая контора, и кресел там предостаточно!
Комедия достигла кульминации, и продолжать ее было бессмысленно. Когда делегаты спускались по лестнице министерства, популярный актер-комик громко сказал кому-то из своих коллег:
— Вот уже сколько лет играю в комедиях, но такого еще не видал!
— А я, брат, состарился на трагических ролях, но никогда мне не было так грустно, как сегодня!
— Поди-ка сюда, дружок! — Один из журналистов взял Космаса под руку и пошел рядом. — Что ты знаешь об этом Кацотакисе?
— Узнаешь, но чуть попозже, — улыбнулся Космас. — Почитай завтра «Свободу».
На следующее утро в «Свободе» вместо передовой статьи была опубликована заметка о судье Кацотакисе: «Мы еще не знакомы с режиссером-постановщиком комедии, но исполнителя одной из главных ролей мы увидели вчера на сцене. Господин Кацотакис — вице-председатель Высшего координационного совета по делам военных преступников. Он же близкий друг предводителя военных преступников и сам без пяти минут министр в первом оккупационном правительстве. Этот господин — военный преступник. Помимо обличающих его симпатий и личных связей, существуют и обличающие действия. Телефонные звонки Кацотакиса к тем господам, которых он теперь будет судить, помогли схватить и расстрелять многих бойцов национального Сопротивления… Правосудие должно выяснить еще одно черное дело: кто выдал гестаповцам семью евреев, скрывавшуюся в доме господина вице-председателя, и что случилось с золотом, которое принадлежало этой семье и таинственно исчезло после ареста? Министр юстиции обязан немедленно арестовать преступника. Теперь, когда мы знаем главных исполнителей комедии, по их следам не трудно будет добраться и до главного режиссера…»
* * *