— Танки! — крикнули из крайней траншеи.
Их рычание раздавалось уже совсем близко. Из окон осажденного здания снова хлынул сильный огонь. В нарастающем реве танков маленькое орудие прогрохотало, как низкий гром. Снаряд, от которого ожидали потрясающих разрушений, ударился о высокую и толстую стену и упал вниз, как черный, издохший в прыжке кот.
— Эй! В чем дело? — закричали из траншей.
Неудача не разочаровала, а, наоборот, развеселила бойцов. — Представление провалилось! Давай обратно наши денежки!
Наводчик присел на корточки возле своего орудия и, позабыв о пулях, которые жужжали вокруг, старался обнаружить свой промах.
— Снаряд не тот! — поставил он наконец диагноз и крикнул своему подручному: — Дай-ка мне зеленый!
Подручный быстро открыл ящик и вынул из него зеленый снаряд. Пушечка снова прогрохотала, земля содрогнулась, на здании училища взметнулись ярко-красные, как густая кровь, языки пламени и рухнули вниз вместе с обломками стены.
— Вперед! — крикнул Зинон и первым выскочил из траншеи.
Когда они вбежали в сорванную гранатой дверь, в здании оставались только убитые и раненые, которых удиравшие юнкера бросили на произвол противника. С обратной стороны здания, во дворе, стояли танки; огнем пушек и пулеметов они прикрывали беглецов, садившихся в бронемашины.
— Куда пропал этот наводчик? — кричал Зинон, — Неужели мы дадим им смыться?
Наводчик прибежал, кусая от досады губы.
— Чем я заряжу пушку? Пальцем?
— Снарядов нет?
— Те, что были, кончились. Теперь надо послать на Патисия, за новой партией…
— Правильно, — съязвил Зинон, — а пока сбегай к танкам, попроси, чтоб подождали…
Он весь как-то переломился и прислонился к стене, Лицо у него было белым как мел.
— Что с тобой?
Длинная, легкая фигура Зинона склонилась к плечу Космаса, но тут же выпрямилась.
— Тебе плохо? Эй, пришлите сюда носилки!
— Нет, что ты, не надо!
— Пришлите носилки!
Носилок не оказалось, и бойцы, поддерживая Зинона под мышки, отвели его в «Альсос», где находился врач. Там его разули, нога была залита кровью. Врач снял с раны платок, промыл спиртом. Зинон слегка застонал и стиснул зубы. И тогда все увидели развороченную тонкую голень и в глубине белую кость…
— Вот это здорово! — воскликнул врач. — Да как же ты сумел дойти?
* * *Укрывшись пальто, Космас лежал на полу. Он закончил работу на рассвете. В комнатушке, где отдыхали наборщики, нашелся свободный уголок и для него. Сквозь надвигающийся сон Космас услышал крик — кричала Янна. Он выскочил в коридор. Янна стояла у входной двери.
— Танки!
В полуоткрытую дверь заглядывал серый холодный свет. Космас высунул голову и увидел ползущие темные громадины.
— Все равно предпринять мы ничего не успеем. — Он захлопнул дверь и отвел Янну в сторону. — Иди сюда, а то не ровен час еще пальнут…
Лязганье тяжелых гусениц нарастало, и маленький домик трясло. Все его обитатели сбежались в коридор.
— Ну, будь что будет, — сказал Космас. — Испробуем свое счастье.
Танки проползли в нескольких метрах от стены. В щелку Космас увидел, что за двумя танками следовала бронемашина.
— Боюсь, не нас ли они разыскивали?
— Вполне возможно… А есть у нас чем обороняться?
Кроме браунинга, который подарил Космасу Зинон, на вооружении типографии оказались одна граната и один револьвер с тремя разбухшими, позеленевшими патронами — семейная реликвия самого старого из наборщиков. Они были безоружны и беззащитны не только против танков и самолетов, а даже против бандитов, которые могли появиться однажды ночью.
В глубине улицы послышались выстрелы, а потом грохотание возвращающихся танков. Они свернули за угол и направились в сторону железной дороги.
— Как бы то ни было, — сказал Спирос, — даже если они и не по нашу душу заявились, нужно принять срочные меры.
Они решили в этот день не печатать ничего, кроме газеты, и занялись сооружением баррикады. Ее воздвигли к вечеру между двумя новыми домами, метрах в ста от типографии. Материалом послужили шпалы и рельсы с железной дороги.
— Бог знает, сколько раз я использовал в своих стихах слово «баррикада» и только теперь увидел воочию, что это такое! — говорил литсотрудник, пока один из наборщиков делал ему массаж. От тяжелой работы у поэта разболелась спина.
Спирос вызвал Космаса в подвал.
— Позаботься об оружии. Составь график дежурств. Все, кроме больных, будем нести караул. И раза два в день проводи с нами занятия по военной подготовке…
* * *