Оно открывалось как крышка, наверх.
Мы все взяли по одной сигарете и закурили. Весь дым выдувался наверх, пепел сбрасывался в прихваченную мыльницу.
Курили, конечно, недолго. Первым закончил Ваня, потом Соня, потом Стас и Миша. В конце концов, я тоже докурил и мы слезсли с подоконника.
- Ну и костлявая же у тебя задница, - сообщил Миша Ване.
- У меня шикарная задница! - возразил тот. - Просто у тебя вкус так себе.
- Это не дело вкуса, это дело синяков, которые образовываются на моих ногах прямо в данный момент!
Ваня показал Мише язык и ушел в ванную, смывать в унитаз окурки и отмывать мыльницу.
- Мыпельница, - глубокомысленно изрекла Соня, устроившаяся в изножье ваниной кровати.
- Поздравляю, ты достигла просветления, - сказал Стас.
- Я его уже давно достигла, - парировала она.
Послышался смыв туалета и бегущая из крана вода. Через несколько секунд Ваня вышел и забрался к себе в кровать, укрыв ноги одеялом.
- Вы встречаетесь, что-ли? - спросил я у Вани с Соней.
Они рассмеялись, а Миша сказал:
- А я говорил, что о вас двоих слухи скоро ходить начнут.
- Я так тебе скажу, - обратилась ко мне Соня. - Для советской женщины мужик - не мужик, а товарищ.
- Цитаты великих людей, - прокомментировал Стас и в него тут же полетела подушка Вани.
- Сексуальная битва подушками у нас по расписанию завтра, - сказал Миша. - Не опережайте график.
Подушка полетела обратно Соне, та ее поймала, отряхнула, взбила и вернула Ване.
Они болтали и в шутку переругивались еще долго. Иногда замечали меня, что радовало. Может, я не так уж сильно и опоздал.
За полчаса до окончания тихого часа Соня и Стас ушли, а Ваня и Миша удостоверились, что в комнате не осталось запаха сигарет и закрыли окно.
- Может еще освежителем воздуха пшикнуть? - спросил Ваня. - Для надежности.
- Ну пшикни, - безразлично ответил Миша. - Только не на меня, пожалуйста.
Вскоре комната стала пахнуть "морским бризом", отчего у меня ужасно заслезились глаза.
- Помирает, - констатировал Ваня. - Аллергия, наверно. Еще немного и анафилактический шок.
- Да просто не надо было полбаллона распылять, - проворчал Миша. - Мне самому полшага до зареванной маленькой девочки.
- Так и у тебя аллергия, - сказал Ваня. - Ты тоже помираешь.
Помереть никто не успел, потому что пришел Вадим Георгиевич, чтобы нас разбудить.
- Вы либо прямо от души в туалет сходили, либо не такие умные, как я вас помню, - сказал он вместо приветствия.
- Такое ощущение, что мы при таком раскладе выиграть не можем, - задумчиво произнес Ваня.
- Откройте окно и собирайтесь, идем на полдник.
Мы дошли до столовой, поели и вернулись в корпус. Рассадив нас на диваныв одном из холлов, нам вручили тест на уровень английского языка. А я уже и забыл, что это не веселые каникулы, а каторга в наказание за годовую тройку.
Я не знаю, сколько мы там сидели, но когда у нас забрали листки с ответами, темнеть еще не начало. Я был уверен, что завалил аудирование, а вот другие части написал вполне неплохо. Даже лучше, чем я думал.
До ужина еще оставалось много времени, так что нас отпустили по комнатам. Я попил воды из кулера и поднялся к себе, где уже сидели Ваня, Миша, Стас и... не Соня. На кровати Вани устроились Женя и его девушка, имя которой я так и не узнал. На моей же кровати сидела еще одна девчонка, которую я не знал.
- Дамы, господа, знакомимся! - оживился Ваня. - Это наш новый сосед - Семен!
- Женя.
- Катя, - представилась его девушка.
- Аня, - сказала девчонка, сидящая у меня на кровати. - Ты извини, Миша на свою кровать не пускает.
- Да ничего, - сказал я. - Можешь продолжать сидеть.
Сам я устроился на полу, там же, где сегодня утром сидела Соня. Был велик соблазн достать телефон, но нужно было худо-бедно социализироваться.
- Как тебе у нас? - спросил Ваня у Кати. - Не жалеешь пока, что приехала.
- Не жалею, - ответила она. - Мне почему-то казалось, что будет хуже, а тут даже розетки в комнатах есть.
- Ну да, когда слышишь название "Космос", представляются разваливающиеся совковые здания, - подтвердил Женя.
- С радиоточками? - ухмыльнулся Миша.
- Да, типа того, - кивнул Женя.
- Это еще что, - сказал Стас. - Вот попробовали бы жить месяц в деревянной избе с туалетом на улице...
- Это он о боевом прошлом рассказывает, - пояснил Ваня, кажется, для меня. - О поездках к бабушке в деревню.
- Я на неделю так ездила, - подала голос Аня. - Там при мне курице голову отрубили, я закатила истерику и меня забрали.
- Фу! - воскликнула Катя.
- То есть ты хочешь сказать... - проговорил Стас. - Что так можно было?
- Ну, мне было пять и я девочка, - сказала Аня. - Тебя бы, возможно, еще и сделали бы виноватым за то, что не ведешь себя как мужчина.