– Вертолетом, – сказал Броновски. – Помните, я говорил, мне показалось, что я видел следы полозьев. Тим, Тим Хьюстон, видел их тоже, но не так уверен в этом. Остальные отнеслись скептически, но признали возможность на уровне вероятности. Я летаю на вертолетах, сколько себя помню. – Броновски гневно тряхнул головой. – Ради бога, каким образом еще они могли там появиться и исчезнуть?
– Я подумал, – сказал Маккензи, – что на насосной станции, вероятнее всего, есть радарная установка с экраном.
– Конечно, – пожал плечами Броновски. – Но снег шутит шутки с радарами. Да они могли и не смотреть на экран, могли вообще отключить его, не ожидая гостей в такую плохую погоду.
– Но они наверняка с нетерпением ждали вас, – вставил Демотт.
– Не раньше, чем через час. Погода стала ухудшаться на пятой станции, поэтому мы вылетели раньше времени. И еще: даже услышав вертолет, они бы автоматически сочли, что это один из наших, никаких подозрений ни у кого не возникло бы.
– Как бы то ни было, – сказал Демотт, – а я убежден, что это дело рук кого-то из своих. Убийцы – служащие нефтепровода. Записка, извещающая об их намерении организовать небольшой разлив нефти, была вполне цивилизованной, не содержала даже намека на жестокость, но произошло убийство. Диверсанты были опознаны и оказались вынужденными пойти на убийство.
– Опознаны? – Маккензи не вписался в поворот.
– Да. Броновски сказал, что ключ торчал в замке двери склада. Не забывайте, что все запертые внутри были действительно инженерами. Они не могли не сообразить подсунуть под дверь картонку, дощечку или кусок линолеума, вытолкнуть ключ из замочной скважины и втащить его внутрь с помощью этого нехитрого приспособления. Если бы я запирал их, то выкинул бы ключ за милю от этого места. Но убийцы этого не сделали. Почему? Потому что они хотели привести тех двух инженеров, что находились около турбины, и запереть вместе с остальными. Но и этого они не сделали. Почему? Потому что саботажники сказали или сделали нечто выдавшее их. И были узнаны инженерами, так как те, очевидно, знали их довольно хорошо. И у саботажников не осталось выбора, кроме убийства свидетелей.
– Как вам эта гипотеза, Сэм? – спросил Брэди.
Броновски все еще медлил с ответом, когда автобус остановился около главного входа в административное здание. Брэди, как и ожидалось, первым выбрался из него и побежал – если вообще допустимо сказать «побежал» о человеческой особи, чья форма близка к сферической, – к гостеприимному укрытию. Остальные последовали за ним, правда без особой спешки.
Джон Финлэйсон поднялся из-за стола, когда они вошли в его кабинет. Он протянул руку Брэди и сказал:
– Рад познакомиться, сэр. – Он слегка кивнул Демотту, Маккензи и Броновски, затем повернулся к человеку, сидевшему за столом справа от него. – Мистер Хэмиш Блэк, генеральный директор отделения на Аляске.
Мистер Блэк даже отдаленно не походил на директора чего бы то ни было, и меньше всего на менеджера трудного и беспощадного нефтяного бизнеса. Зонтика и котелка не было, но и без них худое, тонко очерченное лицо с безукоризненно подстриженными усиками, черные волосы, разделенные посередине безупречным пробором, и пенсне свидетельствовали о его принадлежности к ведущим бухгалтерам лондонского Сити, кем он и был на самом деле.
Не такая уж редкость, что человек, не отличающий болта от гайки, возглавляет огромный индустриальный комплекс. Мальчишка-посыльный, старательно пробивавший себе путь наверх через чины и звания, достиг наконец зала заседаний директората, став весьма влиятельным человеком: это – Хэмиш Блэк, поднаторевший на вычислениях при помощи карманного калькулятора и теперь задающий тон всей индустрии. Ходили слухи, что его годовой доход описывается шестью цифрами, в фунтах стерлингов, не в долларах. И его наниматели были уверены, что он стоит каждого пенни.
Блэк терпеливо ждал, пока Финлэйсон закончит процедуру представления.
– Я не пойду так далеко, как мистер Финлэйсон, не скажу, что рад вас видеть, – произнес Блэк. Его улыбка была такой же тонкой, как его лицо. Спокойная, ровная, отчетливая речь родом из Сити, лондонской Уолл-стрит, как и внешний вид.
– При других обстоятельствах – безусловно, но сейчас, мистер Брэди, скажу одно: я рад тому, что вы и ваши коллеги здесь. Полагаю, мистер Броновски сообщил вам подробности. Как вы предлагаете нам действовать дальше?