– А ваш человек, мистер Йергенсен?
– Я видел его руку совершенно ясно, когда он бросил гранату. Нет, перчаток не было.
– Спасибо, джентльмены. Мистер Уиллоби, могу я задать вам несколько вопросов?
– Разумеется. – Уиллоби прочистил горло.
– Вы сказали, что трак, которым воспользовались похитители, был ворованный?
– Совершенно верно.
– Он был опознан?
– Принадлежит владельцу местного гаража. Все знали, что он уехал на охоту, на пару дней.
– В это время года?
– Энтузиасты этого дела охотятся круглый год. Так или иначе, трак видели на улицах вчера во второй половине дня, и мы думали, что владелец использует его для своей поездки.
– Это свидетельствует о всеобщей осведомленности о частной жизни друг друга.
– Конечно, но нам это мало помогает. – Уиллоби пригладил усы. – Форт-Макмюррей больше не деревня.
– Были сняты отпечатки пальцев внутри и снаружи трака?
– Да, только недавно закончили. Это была большая работа: отпечатков – сотни.
– Можно на них взглянуть?
– Конечно, у меня есть фотокопии. Но при всем уважении, мистер Брэди, чего вы надеетесь достичь такого, что не под силу полиции?
– Никогда не знаешь, – сказал Брэди загадочно. – Мистер Демотт, присутствующий здесь, является специалистом международного класса в области дактилоскопии.
– Вот не знал! – Уиллоби улыбнулся Демотту.
Тот ответил улыбкой на улыбку. Он тоже не знал.
– Есть хотя бы малейшая вероятность опознания вертолета по размерам следов полозьев, которые замерил Кармоди? – сменил тему Брэди.
– Идея замерить следы полозьев была неплохой, но шансов найти вертолет по этим данным очень мало, – сказал Уиллоби, покачав головой. – Их десятки вокруг, все одного типа. Это страна вертолетов, мистер Брэди, как Аляска. Здесь, на севере Альберты, связь все еще довольно примитивная. В этом уголке мира нет скоростных магистралей с односторонним движением. Фактически на север от Эдмонтона ведут всего две асфальтированные дороги. Между ними – ничего. Кроме нашего, да еще в Пис-Ривер и в Форт-Чипьяне, больше нет ни одного коммерческого аэропорта на территории в двести тысяч квадратных миль.
– Поэтому вы пользуетесь вертолетами, – кивнул Брэди.
– В любое время года это преимущественно используемый транспорт, а зимой – единственный.
– Можно с уверенностью сказать, что даже интенсивный поиск с воздуха дает мало надежды локализовать стоянку вертолета?
– Никакой. Я интересовался проблемой похищений и могу ответить вам, приведя сравнение. Местом, где похищения совершаются наиболее часто, является Сардиния. Там это некое национальное развлечение. Как только захватят миллионера, все силы правопорядка и итальянской армии вводятся в игру. Морской флот блокирует гавани и практически все рыбацкие поселки на берегу. Армия блокирует дороги, а специально обученные подразделения прочесывают холмы. Военно-воздушные силы осуществляют полную рекогносцировку с самолетов и вертолетов. За все годы не было обнаружено ни одного укрытия похитителей. Альберта в двадцать семь раз больше Сардинии. Наши ресурсы не идут ни в какое сравнение с их ресурсами. Я ответил на ваш вопрос?
– Начинаешь ощущать признаки отчаяния. Но скажите, мистер Уиллоби, если бы у вас на руках были заложники, где бы вы их прятали?
– В Эдмонтоне или в Калгари.
– Но это города. Естественно…
– Да, города. Население в каждом из них около полумиллиона. Там можно не спрятаться, а затеряться.
– Ладно. – Брэди выпрямился в кресле. Он выглядел измотанным. – Хорошо. Я полагаю, нам нужно подождать вестей от похитителей, прежде чем что-то предпринимать. Вы, джентльмены, – он обратился к Бринкману и Йергенсену, – можете быть свободны. Спасибо за помощь.
Два охранника пожелали всем спокойной ночи и ушли.
Брэди выбрался из кресла.
– Кармоди еще не появился? Пойдем устроимся в более удобном месте, пока мы его ждем. Нас известят сразу, как он появится. Сюда, джентльмены.
Оказавшись в уюте своей комнаты, с новой порцией спиртного в руке, Брэди, казалось, мгновенно сбросил всю свою усталость.
– Так, Джордж, – сказал он живо. – Ты что-то от нас скрываешь. Почему?
– Что вы имеете в виду?
– Не юли. Ты сказал, что тебя больше тревожат те требования, которые предъявят бандиты, чем моя семья. Ты любишь мою семью. Так что ты имел в виду?
– Первое требование: чтобы вы и мы с Доном убрались в Хьюстон. Они, должно быть, уверены, что мы на пороге их разоблачения. Вторым требованием будет выкуп. Чтобы не выходить за рамки разумного, они не могут потребовать больше двух миллионов долларов. Но эта сумма – ничто по сравнению с теми ставками, которые сделали наши друзья. Третье, главное требование. Естественно, они будут настаивать на огромной сумме за прекращение саботажа на нефтяных промыслах Прадхо-Бей и «Санмобиля», за сохранение годности оборудования. Здесь у них на руках все козыри. Как мы убедились, оба предприятия совершенно беззащитны перед нападением. Пока личности преступников не будут раскрыты, они могут продолжать свою разрушительную деятельность на обоих предприятиях. Они запросят высокую цену. Полагаю, они будут основываться на капиталовложениях в строительство двух предприятий – это десять миллиардов для начала плюс дневная выручка, которая равна стоимости более чем двух миллионов баррелей в день. Пять процентов от общей суммы? Десять? Зависит от состояния рынка. Ясно одно: если они потребуют слишком много, оценят себя выше рыночной стоимости, нефтяные компании примут меры для сокращения своих потерь и отступят под защиту страховых компаний, поручив им нянчить этого младенца, который будет самым дорогостоящим младенцем за всю их историю.