– Почему ты не сказал все это внизу? – скандальным тоном произнес Брэди.
– Я испытываю предубеждение против многословных заявлений в переполненных вестибюлях отелей. – Демотт склонился к Шуру. – Ваш офис в Эдмонтоне уже прислал те отпечатки, о которых мы просили?
– Они у меня дома, в сейфе.
– Хорошо.
Демотт кивнул удовлетворенно, но Уиллоби полюбопытствовал:
– Какие отпечатки?
Шур замялся, но, получив незаметный кивок от Демотта, сказал:
– Мистер Брэди и его люди, кажется, вполне уверены, что мы в «Санмобиле» имеем одного или нескольких вредителей, активно помогающих и поощряющих попытки саботажа. Мистер Демотт, в частности, подозревает нашу службу безопасности и всех тех, кто имеет доступ к сейфу компании.
Уиллоби бросил на Демотта холодный, вопросительный взгляд. Было ясно, что он считает, что это дело для канадской полиции, а не для иностранных дилетантов.
– Не могли бы вы объяснить почему? – спросил он холодно.
– Только эти люди под подозрением. Особенно начальники караулов. Они не только имеют доступ к ключам от хранилища, откуда была украдена взрывчатка, но они носят их с собой, находясь на дежурстве. Более того, у меня есть веские причины подозревать охранников аляскинского трубопровода. Далее, вполне возможно, что обе службы безопасности работают рука об руку на одного и того же босса или боссов. Как еще можно объяснить, что негодяи здесь знают код «BP/Sohio», а негодяи оттуда знают код «Санмобиля»?
– Это только гипотеза, – сказал Уиллоби.
– Разумеется. Но эта гипотеза очень близка к вероятности. Разве это не основа полицейской философии: выработка теории и всесторонняя ее проверка прежде, чем отказ от нее? Ну так вот, мы выдвинули нашу теорию, проанализировали ее со всех сторон и не считаем, что можем от нее отказаться.
Уиллоби нахмурился и сказал:
– Вы не доверяете людям из службы безопасности?
– Позволю себе уточнить. Большинство из них, без сомнения, лояльны, но пока я не буду знать это наверняка, они все под подозрением.
– Включая Бринкмана и Йергенсена?
– Включая – это не то слово, особенно они.
– Господи Исусе! Вы сошли с ума, Демотт. После всего, что с ними случилось?
– Расскажите мне, а что с ними случилось?
– Они вам это сами рассказали. – Уиллоби был возмущен.
Демотт остался невозмутим.
– Ничего, кроме их собственных слов. Я уверен, что их слова ничего не стоят.
– Кармоди подтвердил их рассказ, вернее, Джонсон. Может быть, ему вы тоже не доверяете?
– Это я решу, когда поговорю с ним лично. Но факт в том, что Джонсон не подтвердил их рассказ. Все, что он сказал, – поправьте меня, если я ошибаюсь, – что, прибыв на место происшествия, он нашел Бринкмана без сознания и Йергенсена, нетвердо стоящего на ногах. И это все, что он сказал. Он знает не более нас с вами о том, что было до этого.
– Как же вы тогда оцениваете их ранения?
– Ранения? – Демотт улыбнулся саркастически. – Йергенсен не имеет ни единой царапины. Бринкман имеет, но обратили вы внимание, как он вздрогнул, когда я сказал, что его ударили свинцовой дубинкой. Что-то здесь не так. Что-то не заладилось в их сценарии.
– Я думаю, оба они были в полном здравии, пока не увидели огни автобуса Джонсона, тогда Йергенсен, действуя по инструкции, ударил Бринкмана по голове так, чтобы он ненадолго лишился сознания.
– Что вы имеете в виду, говоря «по инструкции»? По чьей инструкции?