– Когда он приехал? – спросил Маккензи миролюбиво.
– Вчера, во второй половине дня. Прилетел из Европы.
Маккензи кивнул и осмотрелся. Кабинет Рейнольдса не казался маленьким, но в помещении было тесно от людей. Кроме него самого, Брэди, Шура, доктора Сондерса и пребывающего в бессознательном состоянии Григсона, здесь были Уиллоби и два молодых человека, которые в недавнем прошлом явно участвовали в потасовке. У одного была повязка на лбу, а у другого забинтована рука от кисти до локтя. К этому последнему, Стиву Доусону, и обратился Маккензи:
– Вы начальник ночной смены?
– Обычно. Сегодня не было ночной смены. Завод остановлен.
– Я знаю. Сколько человек, кроме вас, было здесь сегодня ночью?
– Только шесть человек. – Он посмотрел на раненого. – Мистер Григсон спал в своей комнате, там, дальше по коридору. Потом был еще Хэзлит, начальник ночного караула, и четыре охранника, размещенные в разных местах на территории завода.
– Расскажите нам, что произошло.
– Я совершал обход, просто чтобы помочь охране, поскольку больше было нечем заняться, и увидел, что в кабинете мистера Рейнольдса зажегся свет. Я сначала подумал, что это мистер Григсон, он очень активный человек, беспокойный, известный полуночник. Затем я стал думать о том, что он может здесь делать, потому что вчера они уже провели с мистером Рейнольдсом вместе не меньше двух часов. Поэтому, как можно тише, я подошел по коридору к комнате Григсона.
Дверь была закрыта, но не заперта. Я вошел, он спал. Я разбудил его и сказал, что на завод кто-то проник, и попросил его дать мне оружие. Я знал, что у него есть оружие, потому что он обычно практиковался на маленьком частном полигоне, который сам же здесь устроил. К моему удивлению, он достал не что иное, как автомат, но мне его не дал. Он сказал, что этот автомат у него много лет и он знает, как им пользоваться. Я не мог с ним спорить, мне ведь только двадцать семь, а ему уже к семидесяти. Когда мы вошли сюда, то увидели человека у сейфа с открытой дверцей. Стол Коринн, где обычно лежал ключ, был взломан при помощи пожарного топора. Человек в чулочной маске внимательно рассматривал связку ключей у себя в руках. Мистер Григсон велел ему повернуться, очень медленно, и не пытаться делать глупости, иначе он его убьет. В этот момент раздались два пистолетных выстрела, друг за другом, сзади, и мистер Григсон, наклонившись вперед, упал на пол. Он был в белой рубашке, и кровь била сквозь рубашку. Я понял, что он очень тяжело ранен.
Я встал на колени, чтобы ему помочь. Человек, который стрелял в него, решил, наверное, что я хочу взять автомат, и выстрелил в меня тоже.
Доусон часто дышал, он явно испытывал сильную боль. Брэди налил виски и подал ему стакан.
– Выпейте.
Доусон слабо улыбнулся:
– Я никогда в жизни не пил ни грамма спиртного, сэр.
– Может быть, вам никогда больше и не нужно будет, – сказал Брэди ласково. – Но сейчас – необходимо, а нам необходим ваш рассказ.
Доусон сделал глоток, задохнулся, откашлялся. Он закатил глаза и выпил еще немного. Ему явно не нравился вкус, но его организм отнесся иначе, почти немедленно щеки обрели более живой цвет. Он потрогал забинтованную руку.
– Выглядит хуже, чем есть на самом деле. Пуля только задела, прочертила весь путь до локтя, но только поверхностно. Дерет в основном. Один из людей в маске заставил меня помогать тащить мистера Григсона в оружейную. По дороге я прихватил два комплекта первой помощи, они не возражали. Нас втолкнули на склад, заперли дверь и ушли.
Тогда я снял с мистера Григсона рубашку и стянул рану, как смог. На это ушло очень много бинтов, я боялся, что он до смерти истечет кровью.
– Вполне мог бы, – сказал доктор Сондерс. – Нет никаких сомнений, что ваши решительные действия спасли ему жизнь.
– Рад, что от меня была хоть какая-то польза. – Доусон поежился, посмотрел на врача и продолжил: – Потом я перевязал себе руку и пошел к двери, но не было никакой надежды, что мне удастся ее открыть. Я посмотрел вокруг и нашел коробку с детонаторами, каждый с присоединенным фитилем. Я поджег один и бросил его сквозь одну из вентиляционных решеток. Шум получился что надо. Но мне пришлось запустить шесть или семь, прежде чем примчался Хэзлит, стал барабанить в дверь и спрашивать, в чем дело. Я рассказал, он сбегал за дубликатами ключей. – Доусон глотнул еще виски, задохнулся, но уже не так сильно, как в первый раз, и поставил стакан. – Пожалуй, это все.
– Более чем достаточно, – сказал Брэди с несвойственной ему теплотой. – Замечательная работа, сынок. – Он посмотрел вокруг и резко спросил: – Где Джордж?