- Если бы мы сейчас были на улице, - задумчиво продолжал он, - я предложил бы тебе мою куртку. Но здесь, — кончик пальца проник внутрь, и она ахнула, — я могу предложить только мой рот.
Кира произнесла его имя. И больше ничего. Она была совсем на грани. Она потеряла голову от страсти и не заметила толком, как он оказался внутри неё, и она стала окончательно и непоправимо принадлежать ему. Но что?то внутри него не позволяло Дмитрию действовать грубо, по крайней мере с Кирой. Ему необходимо было её одобрение. Пускай выраженное всего лишь кивком или стоном. Возможно, она и пожалеет об этом потом, но ему не хотелось, чтобы Кира при этом ещё и думала, что совершила это бездумно, что не сказала «да». Он опустился на колени и стал целовать её. Она содрогалась, а он целовал, она стонала, а он целовал. Она вцепилась в его волосы, а он целовал, и когда она выпустила его волосы и стала шарить руками в поисках опоры, он всё целовал. Он целовал её всеми способами, какие обещал. И довел её почти до пика страсти.
- Я хочу тебя, - проговорил он хрипло и вошёл в неё.
Дмитрий собирался делать это медленно, но девушка была такая жаркая и распалённая, что он проскользнул внутрь в одно мгновение. Кира только ахнула. Он заработал, и она рванулась навстречу ему. Они были настолько возбуждены, что вскоре оба достигли пика. И он, переспавший с тысячей женщин, вдруг понял, что он всего?навсего зелёный юнец, потому что он ни разу не испытывал ничего подобного. Прежде любило только его тело. Теперь — его душа. Кира покорила его. Всем.
Настала глубокая ночь. Кира от переизбытка эмоций никак не могла уснуть, она смотрела на Дмитрия и изгибы его молодого и статного тела, на широкие плечи, тёмные, чуть вьющиеся короткие волосы, мужественные скулы и красивые пальцы рук. Через секунду он, повернувшись к ней во время сна, положил свою руку на её талию, чуть прижав к себе. Она чувствовала его тёплое и ровное дыхание, удовлетворённость от того, что он получил то, чего хотел, получил её - Киру. Юная девушка не могла себе признаться в том, что ей понравилось заниматься сексом с Дмитрием, который владычествовал ею так, как считал нужным. Целиком. Полностью. Она предполагала, что этот парень далеко не так прост, что утром он снова будет в состоянии полной боевой готовности и что его «друг» захочет понежиться в тепле её нутра, получив от Киры всё, на что он был готов и на что способен сам.
Едва рассвело, девушка тихо встала с мягкой и высокой деревянной кровати, чтобы принять душ. Её то и дело бросало то в жар, то в холод. Алкогольное опьянение, рассеясь, отпустило из своих оков её смелость и дерзость. Ею снова овладел страх за то, что она в постели с малознакомым молодым мужчиной, далеко от дома, от мамы… Мама… Она бы явно не одобрила подобное поведение дочери, расценив его как легкомысленное, развратное и нецеломудренное.
Едва Кира намылила волосы, занавес душа скользнул в сторону, и Дима шагнул к ней, совершенно обнажённый.
- Я тут решил, что сэкономлю воду и приму душ с тобой, - шутливо произнес он.
- Ха! Да ты просто боишься, что я сбегу, пока ты будешь мыться, - парировала Кира, поворачиваясь к нему спиной.
Его рука нежно легла на её ягодицы. Она боролась с улыбкой. Проклятье, почему он такой сексуальный во всех отношениях? Она изогнула шланг душа, направив струйки воды вниз, чтобы прополоскать волосы. Дмитрий подождал, пока она закончит, а потом передвинул насадку вверх так, чтобы вода омывала его грудь. При этом она залила Кире всё лицо. Отфыркиваясь, девушка толкнула его локтем.
- Это мой душ, и тебя я сюда не звала. Я управляю насадкой, а не ты.
Она знала, что бросить ему вызов было ошибкой. Он ответил:
- Да неужели? – и началась борьба. Кира хихикала, Дмитрий смеялся, а вся ванная оказалась забрызгана водой. И тут девушка кое-что осознала. С Димой она играла больше, чем когда была маленькой девочкой; с ним она чувствовала себя взрослой, привлекательной, сексапильной. Их влажные нагие тела скользили друг по другу, и ни одному из них не удавалось крепко схватить другого. По крайней мере, у неё не получалось. Она подозревала, что Дима мог выиграть сражение в любой момент, благодаря своей силе, просто обхватив её руками, но он сдерживался и играл на её уровне, будто привык ограничивать свои истинные желания, приноравливаясь к партнёру.
Кира, смеясь, отбивалась от его рук, которые были повсюду: на её груди, на ягодицах, поглаживали между ног. Его палец скользнул в неё, и она, вскрикнув, попыталась отскочить, но желание уже разлилось по венам. Борьба в обнаженном виде произвела вполне предсказуемый эффект. Завладев душевой насадкой, Кира направила струю воды ему прямо в лицо, и пока парень пытался уклониться от потока, сбежала, выпрыгнув из ванны и хватая полотенце, чтобы прикрыться.