Мне сразу же выдали форму – черное простое платье и фартук. Для чего она мне нужна, не представляю, ведь я спокойно могла мыть посуду в джинсах и футболке. Но задавать вопросы я, конечно же, не решилась.
Работы, естественно, сейчас не было и появится она только с началом вечером или вообще позже. Раньше у меня такого опыта не было, поэтому сейчас я на неизвестной территории. Но зато я помогала другим. Ответственные поручения мне не давали – мало ли уроню чего-нибудь, но что-то принести-подать мне доверяли.
Как началось мероприятие я поняла по тому, как включилась музыка и из-за начал разноситься приглушенный гул голосов. Дверь на кухню ресторана практически не закрывалась: все время туда-сюда шныряли официанты, то относя пустые подносы, то забирая уже наполненные. Я работала в спокойном ритме: кроме меня работало еще несколько человек. Да и обязанности у меня не были сложными – в основном загружать опустевшие бокалы в посудомойку. Вопреки моим ожиданиям вручную работать мне практически не приходилось, отчего в голове вставал вопрос – зачем им столько персонала? Но это совсем не имеет значение сейчас. Все мое внимание было сосредоточено на происходящем в зале. Я старалась по максимуму напрягать слух, чтобы услышать хоть какие-то крупицы информации, но все попытки оказались тщетными – единственное, что доносилось до моего слуха, это фоновое звучание голосов и все. Не знаю, чего конкретно я ожидала услышать, ведь я не имею представления, как проходят благотворительные вечера. Я никогда на таких не была и наврятли буду. Может они будут рассказывать о людях, которым нужна помощь, и произнесут их имена? Расскажут краткую историю их жизни?
Чем больше проходило времени, тем дерганее я становилась. Коллеги по цеху уже странно на меня поглядывали. Я была вся на иголках и желала, чтобы этот вечер быстрее подошел к концу, чтобы наконец узнать его исход.
Но, похоже, не самое веселое настроение было не только у меня. Разъяренной фурией на кухню влетела моя сегодняшняя начальница, имя которой я позорно не запомнила. Она принялась бегать по кухне и звать какую-то Рэйчел, при этом не скупясь на ругательства.
-Да куда же они все подевались! Уволю всех! И после этого их больше никуда не возьмут! – гневно она высказывалась в адрес этой самой Рэйчел. Вот только пи этом выглядела она весьма комично: лицо покраснело и исказилось в безобразной маске, а пушистые волосы выбились из когда-то аккуратно зализанного пучка. – Ты. – она указывает на меня своим костлявым пальцем, и я, опасаясь ее гнева, поднимаюсь со своего места. Тем временем другие работники принялись изображать бурную деятельность – вот только что они неторопливо протирали бокалы и переговаривались между собой, а теперь они нашли множество дел и сохраняют абсолютную тишину. – ты сейчас пойдешь в зал и заменишь это курицу Рэйчел.
-Но я
-Никаких но. – зло она перебивает меня. – Сейчас же берешь швабру из кладовки и убираешь лужу в зале, пока никто на ней не поскользнулся. Живо!
Кладовку я нахожу быстро, ровно как и швабру. А вот с поиском той злосчастной лужи возникают некоторые проблемы. Вы когда-нибудь пробовали найти лужу в помещении, полном народу? Уточняя, в огромном помещении. По-моему, это нереально. И усложняет задачу то, что мне надо устранить проблему в виде жидкости на мраморном полу до того, как кто-то из гостей заметит её. Ну не фантастика, нет?
И вот теперь я с длинной шваброй пробираюсь сквозь гостей, разодетых в шикарные наряды, и при этом смотрю в пол, чтобы ненароком не пропустить эту чертову лужу. Меня, похоже, никто не замечает или, по крайней мере, делают вид, что не замечают. Чертово светское общество. Я усмехаюсь про себя.
Музыка стихает и на небольшую сцену, я бы даже сказала, возвышение, поднимается мужчина в смокинге, привлекая внимание всех присутствующих. Я ненадолго задерживаю на нем взгляд, после чего продолжаю свой путь. Проходить стало гораздо легче, когда люди превратились в неподвижные фигуры. Однако при этом я держу ухо в остро, чтобы ничего не пропустить, что скажет тот мужчина.
Я слышу, как он говорит о том, что его компания ежегодно жертвует два процента от всей прибыли на благотворительность, и какое важное дело сегодня мы все делаем.
В это время я наконец замечаю свою цель и, ускорив шаг, иду к ней. Как вдруг на моем пути появляется мужчина. Я резко останавливаюсь, но мои туфли подводят меня и я падаю прямо ему в руки.
-Извините, пожалуйста. – говорю я, снова обретя равновесие.