Вы все устраиваете мне проверки, так отчего бы мне не устроить проверку самой себе. Неужто я не сумею соблазнить вас? Теперь, зная, что сердце ваше несвободно, победа будет для меня ещё слаще. Никаких сожалений. Вы правы, я не стану ни о чем жалеть, потому что я слишком сильно стала вам доверять. Неужели я совсем вам не нравлюсь?
— Ты великолепна.
Я еле сумела удержаться на каблуках, так неожиданно в зеркальной дверце шкафа рядом с моим появилось отражение графа. Неужто мысленный диалог на самом деле был реальным? Я готова была провалиться сквозь землю, но только и слезинки не выступило на глазах. Значит, я хоть немного способна себя контролировать. Заплачь я сейчас, пришлось бы навеки проститься с нарисованной красотой, а предстать перед вампирами в своём реальном облике мне вовсе не хотелось.
— Тебе подходит стиль ампир. Игра слов, прямо.
Ледяные пальцы вампира осторожно коснулись моего локтя и развернули к себе. Я глядела в его глаза, схожие с замёрзшими лужицами, и таяла. Колени дрожали, и от прежней самоуверенности не осталось и следа. Я молила, чтобы он не убрал руки — без его поддержки мне не устоять на ногах. Да, я падала к его ногам в прямом и переносном смысле. Ему не нужен салонный мастер, чтобы сразить меня наповал.
— Сколько можно вас ждать, отец?! Мы ведь опаздываем.
В дверях моей спальни, не смея переступить, по нашей договорённости, порога, стоял Лоран в аккуратном чёрном френче. Таком же, какой сейчас был и на графе.
— Кэтрин, куда ты так вырядилась?
Во взгляде Лорана читалось полное недоумение. Неужели что-то нынче осталось в секрете от хозяина, или он появился в доме только сейчас?
— Она идёт с нами. Вернее со мной. Тебе не понадобится сегодня спутник, им будет рояль.
— Там нет рояля, — скривил губы Лоран, будто пропустил мимо ушей сообщение обо мне. — Там какое-то раздолбанное пианино, которое хранители музея непонятно с какой помойки притащили. Поторопитесь тогда оба.
— Не кипятись, мальчик, — улыбнулся граф, ещё сильнее сжимая пальцы на моей руке, словно я могла куда-то сбежать, или же он желал проверить мой пульс, не доверяя своему чутью? — Месье Шопен говорил, что всегда следует опаздывать, чтобы собравшаяся публика успела понять, что без тебя на вечере можно ставить крест.
— Оставьте в покое хотя бы Шопена! — выкрикнул Лоран и, резко развернувшись на каблуках, бегом кинулся к входной двери.
Нас вновь ждал «Бьюик», но Клифа за рулём не оказалось. Это завтра он будет играть с Лораном, а в высший свет с гитарой его не пригласили. Да и я буду там явно лишней, но граф пожелал держать меня подле себя, и я не знала, как расценивать данное приглашение. Во всяком случае это дало возможность предстать перед графом не серым заморышем, как было всю предыдущую неделю, а чем-то более-менее напоминающим женщину. До нынешнего вечера мне не было дела до того, как я выгляжу. Но сейчас безумно хотелось понравиться графу.
К счастью или несчастью, мне отвели всё заднее сиденье, и не пришлось жаться в уголке, чтобы не коснуться графа, или же наоборот, тянуться к нему и сдерживать себя изо всех сил… К сожалению, за рулём в этот раз был Лоран, и я могла видеть в зеркале только его глаза, а для меня они всегда оставались немы. Впрочем, сейчас, я была уверена, мой хозяин думал только о музыке, и дела ему не было до того, во что я вырядилась ради его отца. А граф ни разу не обернулся, а дома его глаза оставались безжизненными. Неужто мне не выиграть эту ночь?
Граф оставил мой мысленный вопрос без ответа, но я продолжала сверлить взглядом его затылок, аккуратно уложенный гелем — волосочек к волосочку. Так хотелось прикоснуться к волосам пальцем и почувствовать стылую жёсткость. Я непроизвольно сжалась, почувствовав внизу живота предательский спазм, и из последних сил заставила себя глядеть в сторону и полностью отдаться придерживанию локонов, которые безжалостно трепал ветер, хотя мы ехали городскими улочками, постоянно останавливаясь на светофорах.
Место нашего назначения стало для меня откровением. Никогда бы не подумала, что таинственный особняк миссис Винчестер ночами открыт для вампиров. Как шумный музей мог вдруг стать местом встреч бессмертных убийц? Двери, украшенные витражами, выполненными знаменитой нью-йоркской фирмой Тиффани, не открывались даже при жизни владелицы, а в музейную эру и подавно оставались закрытыми, и посетители со времён постройки особняка входили через заднюю дверь. Теперь же парадные двери были распахнуты настежь.