Я сделала шаг в темноту и в тот же миг почувствовала холод графской руки на своей ладони и вцепилась в его пальцы, словно ребёнок в мамину руку.
— Вы всё видели? — спросила я тихо, боясь не столько своего голоса, сколько ответа графа.
— Видел ли я это своими глазами или же сейчас через твою голову, не всё ли равно… Или ты хочешь знать, заметил ли я твоё исчезновение из дверей гостиной и пошёл ли на твои поиски?
— Прекратите! — я попыталась вырвать руку, но его пальцы железным кольцом обвили мои. — Когда я уходила, вы были одеты…
— Про тебя я могу сказать то же самое, — рассмеялся граф и сжал пальцы на моей талии настолько сильно, что тонкий шов платья впился в кожу. — Ответь, в какой момент ты передумала и оттолкнула его?
Я глядела в ледяные глаза — единственное, что я могла видеть в кромешной тьме, и молчала, страшась солгать, ведь я действительно не помнила, что произошло в парке между мной и этим паршивцем. Быть может, я действительно спровоцировала его сама, толкаемая злостью на графа.
— Ревность — нормальное чувство, — я еле сумела разлепить ссохшиеся губы, — и я не в силах была его контролировать. Да и вы сами выставили меня полной дурой в этом наряде…
— Да неужели в своих восточных тряпках ты чувствовала бы себя иначе? Или же мнение какого-то сброда тебе так важно?
— В отличие от вас, Лоран никогда не оставлял меня с этим, как вы выразились, сбродом. Зачем вы взяли меня сюда? Зачем танцевали со мной? Зачем явились на этот балкон, позабыв где-то пиджак, — я проклинала свой язык, но остановиться уже не могла. — Не верю больше, что вы оберегаете меня от Клифа… Вам просто скучно…
— Я хотел увидеть тебя в этом платье, — остановил мои излияния граф и прижал к себе настолько сильно, что я почувствовала боль от врезавшейся мне в живот пряжки ремня. — К тому же, теперь ты не будешь сожалеть о том, что оно висит в шкафу без дела. Теперь ты спокойно его выкинешь…
Тут пальцы его сжали ткань на плече, и я поняла, что сейчас он сорвёт с меня платье, и надеть его я уже не смогу, а перспектива остаться нагой в кишащем народом особняке казалась слишком сильным унижением, в которое я не могла позволить графу ввергнуть себя.
— Молю вас, только не это, — выдохнула я ему в лицо, ощутив мягкое прикосновение его носа к моему ледяному влажному лбу.
— Разве ты не этого желала, стоя перед зеркалом в своей комнате? — его голос сел на две октавы. — Я не собирался рвать твоё платье ещё больше. Я сниму его аккуратно…
Я едва держалась на ногах, и вновь старые доски протяжно скрипнули под моим каблуком. Я с ужасом поняла, в какой из комнат особняка мы находимся — она точно была пуста, а перспектива оказаться голой на грязном полу отрезвляла получше пробежки по пустому саду, особенно под аккомпанемент вампирского смеха.
— Я донесу тебя до кровати.
Он, кажется, ещё не окончил фразы, а пол уже уплыл у меня из-под ног, и темнота промелькнула перед глазами под свист проминаемых половиц. Взвизгнули потревоженные перины, и я ощутила всю мощь привалившегося ко мне горячего мёртвого тела, справиться с которым не смог бы и борец сумо.
— Где мы? — едва вымолвила я, видя льдинки мёртвых глаз совсем близко.
— В единственной достойно убранной здесь спальне…
Мой мозг начал лихорадочно взывать к памяти, а тело судорожно ощущать под собой скомканный пиджак. Значит, граф уже успел здесь побывать, и понятно с кем. Только временная лента не желала раскручиваться достаточно далеко, чтобы отмерить отрезок, соединивший тот момент, как я оставила графа танцующим в зале, с тем, когда я увидела его полураздетого на балконе. Как долго мы оставались с «Пресли» в саду? И не найду ли я сейчас в темноте этой спальни ещё пару светящихся глаз…
— Сколько же в тебе дури, — с лёгким смешком прошептал граф, едва касаясь моих губ. — Отчего бы мне просто было не отыскать для нас двоих укромный уголок и отправиться на твои поиски? Хотя я мог бы предположить, что и за пять минут ты можешь натворить делов…
— Это правда? — я едва смогла выговорить вопрос, ощутив тёплую руку в разрезе испорченного платья.
— А хочешь ли ты слышать правду? — как и вчера спросил граф, и в этот раз я отрицательно мотнула головой, огласив тишину спальни скрипом подушки. — Потому нам следует прекратить этот глупый разговор и воспользоваться уединением, пока кто-то не решил посетить эту спальню за тем же, что и мы…
— Что это за спальня? — я настойчиво повторила вопрос, вдруг с ужасом поняв, что скорее всего он притащил меня на кровать, ставшую смертным ложем миссис Винчестер.