Я прикрыла глаза, чтобы вновь погрузиться в спасительную темноту. В кофте было слишком тепло, и майка прилипла к спине.
— Надеюсь, мой сын предупредил тебя, что небезопасно будить его раньше пятницы.
— Ага.
В горле пересохло, и я была способна выдать лишь стандартное междометие, надеясь, что звонящий не сочтёт его за неуважение.
— Не потеряй ключ от гроба.
— Я никогда его не теряла, — я с трудом отыскала голос, когда поняла, что тишина слишком затянулась.
— Я говорю о ключе от моего гроба.
— Ключе?
Не дожидаясь ответа графа, я ринулась в гостиную и принялась трясти конверт. На диван выпал небольшой ключ. Маленький и плоский он застрял в углу конверта.
— Я рад, что позвонил, — послышался из трубки смешок графа дю Сенга.
Как хорошо, что мы говорили по телефону, потому что я не смогла удержаться от мысленного комментария, что можно было повесить ключ на цепочку или хотя бы завернуть в салфетку.
— Мой самолёт через пару часов. Я хочу быть рядом, когда Лоран проснётся. На всякий случай.
— Лоран не предупредил о вашем приезде.
— Он о нём ничего не знает.
— Он успел вам позвонить? — задала я вопрос, забыв про непозволительность любопытства в общении с вампирами. Голос графа походил на голос Лорана. Такой же мягкий и бархатистый, располагающий к беседе. Повисло молчание, и я уже приготовилась извиниться за вопрос.
— Кровная связь существует только в фильмах о вампирах, — ответил граф с прежним смешком. — Мне позвонили благожелатели. Надеюсь, мой сын не очень напугал тебя?
— Не беспокойтесь.
Граф не ждал от меня излияний. Прошлый раз он был подле сына, потому прекрасно знает, что я увидела. Человек не в силах вынести подобного зрелища. Вампир не станет спрашивать из вежливости. Ему важно знать, насколько тяжело оказалось отравление сына.
— Лоран позаботился о том, чтобы мне не было страшно, — уточнила я, гоня прочь образ зелёного монстра.
— Обещаю позаботиться о тебе, когда Лоран проснётся.
Это было сказано без сарказма, и майка прилипла уже и к груди. Лоран дал себе срок до пятницы, и в пятницу я рассчитывала узреть хозяина абсолютно здоровым. Что же имеет в виду граф? Лучше не строить никаких предположений, а просто порадоваться, что не придётся самой открывать белый гроб.
— Спасибо, — сказала я не из вежливости, а от чистого сердца.
— Не стоит благодарить заранее. Я принимаю благодарности лишь за выполненные дела.
У меня промокли даже шорты. Короткие фразы графа были слишком многозначны. Или моё воображение от хвойного запаха разыгралось не на шутку. Надеюсь, старый вампир не скрывает так вонь разложения…
— Я поблагодарю вас в субботу, — ответила я, как можно спокойнее, понимая, что потрачу до субботы все нервы. — Я встречу вас завтра и не потеряю ключ. Не беспокойтесь.
О чем может беспокоиться вампир, зная, что не один из слуг никогда не ослушается своего господина? Завтра ровно в пять вечера, даже помирая от какой-нибудь страшной болезни, я буду принимать его гроб в международном аэропорту Сан-Франциско. Я знаю, как это делается, потому что уже встречала Лорана из поездок. Завтра, в мой последний свободный день… Я рухнула на диван, прижимая к часто вздымающейся груди выключенный телефон, не находя сил подняться.
3.2 "Comme il faut"
Лоран упомянул в подвале отца, но я не заострила на факте существования ещё одного дю Сенга никакого внимания, потому что была слишком напугана видом хозяина. Кто мог предположить, что граф свалится нам на голову, как снег в августовскую жару. Я боялась за нас обоих. Меня страшила благодарность, которую старый граф мог от меня потребовать, и мне было страшно за здоровье Лорана. Из-за пустяковой аллергии отец не сорвался бы пулей из Парижа. Остаётся надеяться, что это просто подстраховка или старческий маразм. В любом случае перспектива нахождение под одной крышей с двумя монстрами меня совершенно не радовала. У Клифа слишком худая спина, чтобы за ней спрятаться, да и уверенности в том, что байкер решит встать на мою защиту, не было. Впрочем, уверенности в том, что у него даже при желании хватит силы меня защитить, было ещё меньше. Но чего я собственно боюсь, ведь не станет же отец убивать служанку сына, у них ведь так не принято…