— Мы сделаем круг и вернёмся. Лоран подождёт нас лишние пять минут. Не переживай. А ты чего не дождалась меня дома? Только не говори…
Я кивнула.
— У меня снова была паническая атака.
Я прикрыла глаза, почувствовав слёзы. Клиф было завёл машину, но снова заглушил мотор и повернулся ко мне.
— Через два дня? — он даже откинул в сторону чёлку, чтобы лучше меня видеть. — Не может быть! Я ведь так старался… Конечно, я не такой сильный, как Лоран, но всё же мне казалось…
— Ты тут ни при чём, — ответила я, сжимая руки в замок, чтобы не скользнуть пальцами по его лицу. — У нас гость. Это он виноват.
Клиф схватил меня за плечи, и я, испугавшись, что он сейчас размажет меня по стеклу, закричала что есть мочи:
— Я не спала с ним!
Клиф отпустил меня и уткнулся лбом в руль. Что это было? Приступ ревности?
— К Лорану прилетел отец. Сегодня вечером. Говорит, что аллергия сына слишком опасна, и ему надо быть рядом. В общем, он сейчас с ним и сказал, чтобы я не приближалась к подвалу. Потому я ушла. Нет, я ушла, потому что мне стало плохо, когда он отослал меня спать. Я уже забыла, как это… Мне было так страшно… Клиф, а чего сегодня ты такой красивый?
Я не утешала его. Я говорила правду. Я настолько привыкла к его вечным футболкам и джинсам, что перестала смотреть ниже шеи, а сейчас наоборот не смотрела в лицо, потому что с трудом сдерживалась, чтобы не откинуть со лба непослушную чёлку. Как прежде, и поцеловать… И если не поцеловать, то хотя бы прикоснуться. Сейчас я смотрела на его грудь, затянутую в белый джемпер в тонкую частую тёмно-синюю полоску, и светлый вельветовый пиджак. Опускать взгляд ниже я побоялась, потому что уже не чувствовала своих мокрых волос, так сильно горела голова.
6.2 "Свинка Пэпа"
— Клиф… Я никогда не стану спать с другим вампиром. Никогда, слышишь? Я завтра позвоню твоему мальчику. Ты видел его? Какой он из себя? На тебя, надеюсь, не похож?
Наконец Клиф отлепил лицо от руля.
— Как русский парень может быть похожим на меня?
— Вот и хорошо. Так даже лучше. Пусть он будет совершенно другим.
— Ты стала встречаться со мной, потому что я настоящий англосакс, так ведь?
Я могла бы отрицать, но толку? Я хотела иметь такого парня, но правда была иной.
— Я встречалась с тобой, потому что ты так решил. А сейчас буду встречаться с этим мальчиком, опять же потому что ты так решил.
— А если он тебе не понравится?
— И что? Мне даже мой первый парень не нравился. А потом вообще стало не важно. А тебе-то он понравился? — и тут же осеклась. — Нет, я не в том плане, совсем не в том…
Я обещала себе не заикаться о нетрадиционных предпочтениях Клифа. Если для Лорана это было в порядке вещей, то Клиф продолжал смущаться при любом намёке на их связь.
— Я его не видел, — прорычал Клиф. — Эту визитку выронил Лоран во вторник. Я просто передал её по назначению.
— Так это Лоран его для меня нашёл?
— Ну не для себя же, — усмехнулся Клиф нервно, и я поняла, как сильно задела его своими необдуманными словами.
— Я не совсем понимаю его действия, — Клиф теперь буравил взглядом лобовое стекло, выстукивая по рулю рваный ритм. — Это ведь с его подачи ты стала писать по-русски, читать, общаться с русскими, есть русскую еду… И теперь это…
Клиф не закончил фразу. Он не ревнует. Это простое чувство собственника.
— А я теперь всё поняла. Он пытается вернуть мой мозг в доамериканское состояние, потому что Америку мне открыл именно ты, и даже стакан колы у меня ассоциируется с тобой.
— Даже если ты права, я не поверю в успех такой терапии. Ты — американка!
О, если бы он сказал это несколько лет назад, я подпрыгнула бы если не до самых звёзд, то точно до потолка, а сейчас я смогла лишь скривить губы.
— А вот и проверим, затрясёт ли меня после секса с живым парнем.
Клиф будто проглотил свой ответ и довольно долго глядел в пустоту. Наконец повернул ко мне лицо.
— Я честно не чувствовал, что ты русская.
Ещё бы ты чего-то чувствовал! Как говорится, ночью все кошки серы, а дальше заднего сиденья машины наши отношения не ушли.
— Не унижай меня! — Клиф криком осадил поток моих мыслей. — Мы ходили в клубы, на концерты — везде, куда я мог отвести тебя ночью. Ты ведь должна понимать… Да прекрати оценивать меня, будто я человек. Я не человек!
Он вновь уставился в кристально-чистое лобовое стекло, в тёмную калифорнийскую ночь.
— Прости, — сказала я, хотя не понимала, за что прощу прощение. Впервые мы решились на откровенный разговор. С чего вдруг? — Ты ведь знаешь, что я не встречалась с тобой, как с вампиром, поэтому в моих воспоминаниях, в моей голове, ты всё ещё живой. К сожалению, лишь в голове.