Граф замолчал, но продолжал глядеть на меня, словно сделал в истории паузу, а не поставил жирную точку.
— А Лоран…
Я не сумела задать вопрос. Отсутствующее выражение на лице вампира мгновенно сменилось злобной маской.
— А это уже другая история… И я не имею права её рассказывать.
Он исчез так же неожиданно, как и появился, оставив дверь открытой. Я бы с радостью затворила дверь сама, но для этого надо было сначала подойти к ней, а если граф остался в коридоре? Слишком уж призывно зиял зев двери, приглашая ступить на запретную территорию. Я закрыла глаза и принялась считать овец, чтобы уснуть и прекратить думать о злополучной двери, но чем больше я считала, тем сильнее дверь начинала меня манить. Я пару раз открывала глаза и вновь закрывала. Однако дверь становилась всё реальнее и реальнее. Теперь я видела её даже с закрытыми глазами. Не выдержав, я с неистовством сорвала с себя простынь и шагнула к двери, чтобы закрыть её и улечься наконец спать.
12.2 "Кошмар"
Кромешная тьма выглядела пугающе, и я даже выставила вперёд руки, хотя и знала, что споткнуться не обо что. Я столько раз бродила по дому на ощупь и ни разу не промахивалась дверью, но в этот раз упёрлась растопыренными пальцами в стену. Куда девалась дверь и почему глаза не привыкают к темноте? Я заскользила ногтями по шершавой штукатурке, ища выключатель. Тишина звенела. Я открывала глаза всё шире и шире в надежде хоть что-то увидеть. И увидела — графа дю Сенга. В коридоре теперь горел свет, но я так и не нащупала выключатель. Вампир склонил голову к левому плечу и надел маску чеширского кота.
Нахальная улыбка не придавала шарма, а дико уродовала и так не шибко привлекательное лицо. Я замерла, замерла в ужасе, замерла на миг, а потом… Потом сделала то, чего делать было нельзя… Быть может, сделала это совсем не я, а зачарованная жертва, но, увы, физическая оболочка оставалась моей со всей болью и отчаяньем от сознания необратимости содеянного. Я с разбега прыгнула к графу, но не успела обхватить шею руками, потому что вампир поймал меня в полёте, и руки мои безвольно упали на его плечи. Через тонкий шёлк я чувствовала обжигающее тепло мёртвой кожи.
Всё происходило будто в тумане. Я казалась себе сторонним наблюдателем, словно это вовсе не я, а героиня дешёвого порно-кино вцепилась в мужика мёртвой хваткой, завела ноги ему за спину… О, как глупо и пошло выглядела попытка поймать большим пальцем левой ноги большой палец правой… Из головы ушла последняя мыль, тело понимало, что обречено, а я всё равно под холодным стеклянным взглядом пыталась дотянуться губами до мёртвых губ, но ловила лишь воздух. И вот в единое мгновение всё тело парализовало, и я даже не почувствовала прикосновения губ вампира. Потом что-то будто взорвалось в голове, и в следующее мгновение я стала терять равновесие. Ноги мягко заскользили по шелковым брюкам и коснулись пола. Только вместо спасительной стены я ухватилась за шею графа. Он нагнулся ко мне, чтобы не дать упасть. Подаренная свобода забрала страх, и вместо того, чтобы попытаться убежать, я только крепче прижалась к груди вампира.
Он не отстранялся от меня и не целовал. Будто давал мне выбор поцеловать его самой или уйти. Новая игра? Приглашение к любовным утехам? Или молчаливый призыв жертвы? Что бы то ни было, уйти я не могла или не хотела… Его следующий поцелуй был осторожен, словно он боялся меня спугнуть. Или снова давал возможность соблазнить его самой. Что ж, я так жаждала поцеловать Клифа. Я могу поцеловать и графа, у него тоже должны быть во рту клыки. Мой язык нашёл их слишком быстро, и в то же мгновение губы графа сомкнулись на моих губах. Боль была краткой — не больнее укола в палец. Я тут же почувствовала горьковатую струйку. Она начала медленно затекать в горло, и я испугалась, что захлебнусь, не в силах ни сглотнуть, ни пошевелить языком, но тут же получила свободу. Только она была краткой. Я даже губ облизать не успела. Вслед за языком я вся потянулась к графу. Только его уже не было, осталась чёрная дыра, куда проваливалось моё обмякшее тело. Из последних сил я вцепилась в плечи вампира, хотя прекрасно понимала, что никуда не упаду, пока есть эта губительная струйка… Я ведь знала, что нельзя выходить в коридор. Знала и вышла.