— Будь здоров. — С этими словами я выключил мобильник, после чего расплатился с барменом, дав ему лишнюю пятерку за электроэнергию.
Потом я вышел к терминалу, где электронные часы показывали начало шестого. Я снял свои часы и перевел стрелки в соответствии с нью-йоркским временем.
Мне и впрямь не терпелось куда-то бежать, что-то делать, но я больше суток не менял белье, одежду и никак не мог отделаться от ощущения, что от меня разит, как от йеменского верблюда. Я должен был вернуться домой, но вместо этого поехал в Филадельфию.
Из Нью-Йорка в Филадельфию можно добраться четырьмя различными способами. Можно сесть в автобус в Порт-Асорити на Манхэттене, но это долго и противно. Можно также вылететь туда из аэропорта Ла-Гуардиа, а можно отправиться на поезде, отходящем от Пенн-стейшн. Что касается автобуса, я просто не знал его расписания. Что же до всех остальных пунктов отправления, то они находились слишком далеко.
Но тут прямо перед собой я увидел вывеску фирмы «Хертц» и вспомнил, что существует четвертый способ. Уже через тридцать минут я катил по Шор-парквей, направляясь к Верразано-бридж в средних размеров «форде-таурусе».
Я включил радио на полную громкость, а мобильник поставил на подзарядку.
Потом я проверил автоответчик своего домашнего телефона и обнаружил несколько десятков сообщений от людей, выражавших недоумение по поводу нашего с Кейт отъезда. Несколько раз звонил Дом Фанелли, который коротко осведомлялся: «Кейт, Джон — вы уже дома?» Просто хотел узнать, все ли в порядке с квартирой.
И этот человек говорит мне об осторожности.
Закончив прослушивать автоответчик, я снова поставил мобильник на подзарядку. Свой пейджер я, следуя пожеланию Джека, никогда не отключал, так что он по-прежнему висел у меня на поясе, хотя его аккумулятор полностью разрядился.
Я помнил, что Джек Кениг дал мне прямое указание не лезть в дело «Транс уорлд эйрлайнз». При следующей встрече надо будет попросить его уточнить, что он имел в виду.
Миновав Верразано-бридж и оставив позади Стейтен-Айленд, я проехал по Готалс-бридж и оказался на шоссе, ведущем к Филадельфии, до которой оставалось менее двух часов езды.
Возможно, Роксанне Скарангелло ничего не известно. Но если пять лет назад с ней разговаривали Тед Нэш и Лайэм Гриффит, мне было просто необходимо переговорить с ней.
Увы, я опоздал на пять лет. Но есть дела, с которых никогда не поздно стряхнуть пыль.
Глава 33
Для жителя Нью-Йорка Филадельфия — все равно что статуя Свободы: архитектурный и исторический памятник, расположенный менее чем в ста милях к югу, но почти никогда им не посещаемый.
Мне, правда, доводилось бывать в Городе Братской Любви, когда я был копом и ездил туда на конференции. Кроме того, я приезжал в Филадельфию на матчи клубов «Филлиз» и «Метс», так что, в общем, знал ее неплохо. Но предпочел бы сейчас оказаться в Йемене. Шутка.
Было полвосьмого вечера. Я остановился неподалеку от пятиэтажного дома под номером 2201 по Честнат-стрит, что неподалеку от Риттенхаус-сквер.
Припарковавшись у тротуара, я вылез из наемного автомобиля и потянулся всем телом, потом достал мобильник и позвонил в квартиру Роксанны Скарангелло.
Женский голос произнес:
— Слушаю вас.
— Мне нужна Роксанна Скарангелло.
— Это я. Что вам угодно?
— Я детектив Джон Кори из ФБР. Мне нужно с вами поговорить.
В микрофоне на минуту установилась тишина, потом женщина спросила:
— О чем?
— О катастрофе рейса номер восемьсот авиакомпании «Транс уорлд эйрлайнз».
— Я рассказала вам все, что знаю об этом, пять лет назад. Ваши люди обещали, что больше беспокоить меня не будут.
— Возникли новые обстоятельства. Я рядом с вашим домом, мисс Скарангелло. Могу я к вам подняться?
— Нет… Я… гм… не одета.
— Почему бы вам в таком случае не одеться?
— Я… опаздываю на обед.
— Я отвезу вас куда скажете.
— Я сама дойду. Тут недалеко.
— Я прогуляюсь вместе с вами.
В трубке послышался звук, напоминавший глубокий вздох, после чего Роксанна сказала:
— Ладно. Подождите меня. Я скоро спущусь.
Я сунул мобильник в карман и внимательно осмотрел здание. Это был вполне приличный дом, расположенный на тихой улице. Отсюда было рукой подать до старинного здания Университета штата Пенсильвания, считавшегося одним из самых престижных в стране.
Уже довольно темно, и вечер обещал быть тихим и прозрачным. Легкий бриз принес прохладу, в которой чувствовалось дыхание осени. Признаться, до отъезда в Йемен я мало обращал внимания на такие вещи. И теперь все это было для меня как бы внове. Америка…