— Не волнуйтесь, Зинаида Прохоровна, — спокойно сказала она. — Я себе цену знаю.
Полночи потом ворочалась Зинаида на пуховых подушках, вспоминая, как Алиса это сказала. И следа ребячества не осталось. Стала вдруг холодной, взрослой, расчетливой. С ума можно сойти с этой Алисой. Не проста девочка, ох не проста.
На следующий день с раннего утра в дверь постучали. Зинаида встрепенулась. Герман обещал вернуться через две недели. Клиенты так рано не ходят. Кто бы это мог быть?
Это был Саша. Он стоял на пороге с огромным букетом сирени и смотрел мимо Зи-Зи на заветную дверь в конце коридора. Зинаида охнула и попробовала было вытолкать его вон, но Саша, не отводя взгляда от двери Алисы, протиснул плечо.
— Не вставала еще моя красавица?
— Да что ж ты за человек такой, — заворчала Зинаида. — Сказано тебе…
— Зинаида Прохоровна, кто там? — Алиса выходила из комнаты, сладко потягиваясь и издалека еще протягивая руку Саше. — Ах, это вы, Александр Арсентьевич? Изволите занятия прогуливать?
— Беру с вас пример, обворожительная Алиса… Вы ведь тоже не «Закон Божий» с утра листаете…
И оба покатились со смеху. Зинаида махнула рукой и скрылась у себя. Не за руки же их держать, в самом деле. Да и все равно не удержишь…
Вечером по лицу Алисы она догадалась:
— Замуж позвал?
— Позвал, — ответила та с легким вызовом.
Ей ужасно не хотелось, чтобы Зинаида Прохоровна, которая стала ей почему-то особенно неприятна, давала ей какие-либо советы и портила настроение. Из-за ее вчерашней эскапады против Саши они сегодня потеряли полдня, выясняя отношения. Саша признался ей, что под действием одурманивающего средства, которое ему, кстати, Зинаида же Прохоровна и подносила, бывал он здесь с одной девицей. Через силу, наполовину против своей воли — но бывал. Скрывать не стал.
Алисе удивительно хотелось спросить у него, а что же они с той девицей делали? Но это было бы уже чересчур. Он ведь ей не брат, в конце концов. Правда, он так и смеялся сегодня: «Я твой братик, а ты моя маленькая сестрица. Дай я поцелую твою божественную щечку…» Алиса долго упиралась. Пока в висках не застучала кровь, делая любопытство обжигающим, а тело — безвольным. Тут-то он и набросился на нее. Да так впился в ее губы, дурак, что прикусил до крови. А потом целовал нежно маленькую ранку, и Алиса совсем сомлела. И даже испугалась. Мало ли что ему взбредет на ум?
Конечно же, он сделала ей предложение. И конечно же, она подняла его на смех. Подумать только — молоко на губах не обсохло… Но он немного обиделся и рассказал ей про имение. Алиса перестала смеяться и задумалась. Имение? Собственное? У какого-то мальчишки? Где это видано? Не родительское, а свое. А ведь это, пожалуй, и шанс. Почему бы не стать ей Алисой Лавровой, женой коллежского секретаря с перспективами? А кто еще на ней женится? Глупо мечтать о красавце с родовым титулом и огромным наследством, сидя в доме свиданий.
Почему бы не жить в собственном доме? Пусть не в столице, зато — в соб-ствен-ном! Она ведь всю жизнь только об этом и мечтала, чтобы у нее появился свой дом. К тому же маменьки у Саши нет, никто не будет чинить препятствий для ее хозяйствования. Она может устроить их дом на собственный лад.
У Алисы раскраснелись щеки, а Саша все лез и лез целоваться. Устав от него отмахиваться, она серьезно сказала ему:
— Сударь! Извольте немедленно прекратить. Если вы говорите серьезно относительно предложения руки и сердца, то извольте вести себя подобающе и дайте мне немного времени подумать.
Саша плюхнулся в кресло и затих. Ему показалось невероятным, что именно сейчас, в один момент, может решиться его дальнейшая судьба. Вчера был лихим приятелем Сошальского, а завтра, глядишь, — и действительно коллежский секретарь, семейный, степенный человек. Он пытался представить себя таким, да ничего не выходило. Он не стал рассказывать Алисе, что Лавровка — вовсе не имение, так, деревенька душ этак на полтораста. Князь человек не слишком щедрый.
Они сидели и думали каждый о своем. В конце концов Алиса произнесла почти торжественно:
— Сударь… — и несколько раз кашлянула, как это делала обычно их классная дама, подчеркивая важность того, что хотела сообщить.
Саша встрепенулся и тут же оказался на коленях подле нее. «Как в романе!» — сладко вздохнула в душе Алиса, завидуя самой себе.
— Я принимаю ваше предложение. Но, — она быстро вытянула руку, чтобы остановить его восторг, а главное — напористое приближение, — мы с вами так мало знаем друг друга.