– Хватит выдумывать! Ночью мать мне всё рассказала, – со злостью ответил отец.
– А то ты сам ничего не видишь? Не видишь, как я каждый день стираю вашу одежду, готовлю вам еду, работаю на огороде, покупаю продукты на свои деньги?
– Мать зря говорить не станет! Она сегодня всю ночь стонала, жалуясь на больную спину!
– Что ж, если мы вам так мешаем, то нам больше здесь делать нечего! – сказала я и пошла укладывать чемодан.
А когда я, одевшись и собрав детей, вышла за порог дома с чемоданом, отец вскочил с места, подбежал ко мне и вырвал чемодан из рук так, что ручка оторвалась.
– Никуда ты не поедешь! – рявкнул он.
– А что мне здесь делать? – со слезами на глазах ответила я.
– Никуда ты не поедешь! – повторил отец, оттаскивая чемодан обратно в дом.
Оторванную ручку он тут же приделал обратно, но уехать в тот день я не смогла просто потому, что автобус на Рязань уже ушёл, а следующий должен был быть лишь вечером.
Я пробыла у родителей ещё несколько дней, и всё это время мы практически не разговаривали, автоматически выполняя ту работу, которую нужно было делать. Потом я всё же уехала и больше никогда не возвращалась туда. Да, собственно, родители на этом и не настаивали.
После этого случая мы стали общаться гораздо-гораздо реже. Изредка по телефону они спрашивали, приеду ли я к ним, но я всегда придумывала какую-нибудь более или менее правдоподобную отговорку, и они этим довольствовались. Я всегда знала, что им нужна не правда, а чистая совесть, чтобы они могли с помощью моих невинных отговорок оправдаться перед родственниками и соседями, почему я не приезжаю к ним. И хотя все кругом догадывались о несправедливом отношении ко мне, родители продолжали наивно думать, что всё шито-крыто. Что они, якобы классные родители, которые вырастили двух хороших дочерей, хотя судьба старшей сложилась неудачно исключительно из-за её скверного характера, но в целом всё благополучно. Особенно у младшей дочери, которая стала светом их очей.
Правда, как-то раз я спросила у родителей разрешения привезти к ним на лето своего сына, поскольку детские сады в Москве не работают в июле и в августе. А отпуск на такой долгий период времени мне, естественно, никто не предоставляет. Да и вообще, с отпусками летом в нашем трудовом коллективе была просто беда, и их распределение каждый раз перерастало в жуткий скандал, накаляя наши и без того не очень-то хорошие отношения. Именно поэтому я решила обратиться за помощью к родителям. Ведь они каждый год отправляли меня на всё лето к бабушке, совершенно не спрашивая при этом её согласия, так же как и моего. К тому же к этому времени мой сын уже не был беспомощным крохой, за которым нужен был глаз да глаз. Но стоило мне заикнуться об этом маме, как я услышала следующий ответ:
– Если ты хочешь, чтобы кто-нибудь из твоих детей был с нами в деревне, то приезжай сама и следи за ними. Или ты думаешь, что я буду для них готовить? Или я буду стирать их одежду и следить, чтобы с ними ничего не случилось? У меня и без того дел полно!
И я поняла, что путь в деревню для моих детей заказан. И когда на работе или кто-нибудь из моих знакомых спрашивал, почему я не отправляю детей на лето в деревню к бабушке и дедушке, я честно повторяла им ответ своей мамы.
– Да быть такого не может! – в один голос отвечали мне все. – Ты, наверное, что-то не так поняла! Отвези детей родителям и увидишь, что у них всё будет хорошо! Неужели твоя мама может оставить твоих детей, своих внуков, голодными? Или заставит их ходить в грязной одежде?
– Сможет, – отвечала я. – Потому что со мной она поступала именно так! А, между прочим, я – её родная дочь! Не внучка и не падчерица! И если она со мной всегда так плохо обходилась, то отчего же вы думаете, что к моим детям отношение будет лучше?
Но мне не верили. Видимо, в других семьях люди относятся друг к другу иначе. Более терпимо, что ли. Но, к сожалению, мне этого не довелось узнать.
А потом был ещё один телефонный звонок, после которого моё общение с родителями свелось лишь к поздравлениям на дни рождения. Тот телефонный разговор окончательно расставил все точки над i, поэтому сейчас мне придётся пережить его снова, чтобы показать всю глубину «заботы» родителей обо мне и моих детях.
Мой сын уже ходил в детский сад, и в какой-то период времени у него начались проблемы с зубами. Я была на работе, когда воспитательница позвонила мне с просьбой, чтобы я приехала и забрала сына.