Да, к несчастью, мои дети не знают своих бабушек и дедушек, но то – не моя вина. Я изо всех сил старалась сохранить с ними нормальные отношения. Даже не ради себя, а ради приличия. Но всему есть границы. Думаю, что моё здоровье, как физическое, как и психическое, стоит того, чтобы отказаться от общения с людьми, которые когда-то были моей семьёй. У меня уже давно нет к ним любви, а теперь нет даже ненависти. Лишь равнодушие.
Признаться, со временем мне стало казаться, что я всё это выдумала. Воспринимая прошлое сквозь призму детских обид, поддалась фантазии, позволив воспоминаниям исказить факты. И на самом деле всё было иначе. Может быть, я и в самом деле злая и завистливая женщина, которая постоянно ревнует к младшей сестре, и только моей матери хватает духу прямо говорить мне об этом, тогда как остальные родственники и знакомые из соображений тактичности дружно молчат. И я настолько уверила себя в этом, что мне стало легче. И хотя я перестала общаться с родителями, боясь новых разочарований, моё отношение к ним стало меняться в лучшую сторону. Но однажды ко мне приехала погостить давняя подруга по имени Арина, и мы разговорились, вспоминая школьные годы. Внезапно Арина сказала:
– Мы с девчонками всегда удивлялись тому, как плохо к тебе относились родители! Если твою сестру они всегда баловали и одевали, как куклу, то с тобой обращались так, словно ты им не родная!
После этих слов у меня будто камень с души свалился. Я перестала винить себя за глупые фантазии и необоснованные обиды в адрес своих родителей, потому что имела на это право.
– Спасибо, Арина, за то, что ты сейчас сказала, потому что я считала, что всё преувеличила, придумывая то, чего на самом деле не было.
– Да как же ты могла это придумать, когда мы всё это видели? – не скрывая удивления, произнесла Арина. – Мы наблюдали за этой несправедливостью каждый день, поражаясь тому, как можно по-разному относиться к двум родным дочерям!
И хотя Арина лишь озвучила горькую правду, для меня это очень много значило. Её слова подтвердили то, в чём я сомневалась с самого начала. Я не сумасшедшая истеричка, не лентяйка и не дармоедка. Я – нормальный человек, которому просто не повезло с родителями.
Кроме того, была ещё очень неловкая ситуация на вечере встречи выпускников нашего класса. Когда начался банкет, и я принялась накладывать салат себе в тарелку, девчонки удивлённо посмотрели на меня.
– Света! – с улыбкой заговорили они со мной. – А почему ты не спрашиваешь, можно ли тебе брать салат?
– А почему я должна это спрашивать? – удивилась я.
– Как же! Раньше ты всегда по десять раз переспрашивала, можно ли тебе взять кусок хлеба или что-то положить в тарелку! – пояснили мне. – Без разрешения ты вообще к еде не прикасалась!
Услышав это, я вся внутренне сжалась. Неужели всё было настолько плохо? Я настолько была запуганной и зажатой, что это всем бросалось в глаза? А я-то надеялась, что тщательно скрывала все свои проблемы! Надеялась, что никто не догадывается! Но все видели, все знали. Есть вещи, которые нельзя скрыть. И беда в том, что некоторые этим пользуются. И я не о своих одноклассниках. Они у меня замечательные. Я о своём муже.
Я долго не могла понять, как же я так вляпалась? Вроде умная девчонка, отличница, но выбрала себе в мужья тирана и деспота, который с самого начала вёл себя со мной так, будто я и не человек вовсе, а бесправная рабыня, которой непозволительно даже думать о чём-то или о ком-то, кроме мужа и об удовлетворении его желаний. Как же я не разглядела его, пока мы только встречались? Но со временем поняла.
Во-первых, он прикидывался. Носил маску хорошего парня, которую тотчас сбросил, едва мы расписались. А во-вторых, это произошло, потому что границы моего восприятия нормальности семейных отношений были размыты. В семье родителей я привыкла к унижениям, оскорблениям и даже избиениям. У меня совершенно не было личного пространства, я была вещью, которую используют по полной, пока она ещё в рабочем состоянии. А как только она ломается или выходит из строя, её выкидывают.
Начав встречаться со мной, мой будущий муж увидел это во мне, как видели другие, и понял, что именно такая жена ему нужна: покорная и совершенно не умеющая постоять за себя, поэтому поспешил жениться на мне, пока какой-нибудь другой шустрый парень не перехватил такое сокровище.
Если бы мой муж, который в тот время ещё носил приставку «будущий», увидел, что у меня крепкая и дружная семья и любящие родители, которые никому не дадут в обиду обеих своих дочерей, он бы свалил в сторону и отправился бы на поиски другой невесты. Но познакомившись с будущими тестем и тёщей, он понял, что не ошибся в выборе, и постарался ускорить свадьбу, фактически подписав мне приговор и назначив наказание за преступление, которого я не совершала.