— Положи вещи, которые ты носила, в сумку у двери, — сказал он через плечо. — Все остальное в этой комнате должно быть сегодня на твоем теле.
8 глава
Потребовалось три стилиста, чтобы буквально вывернуть Лолу наизнанку. Она изменилась. После магазина следующей остановкой по плану Бо был салон. За час ей помыли голову, высушили волосы и уложили в свободную прическу. Над ее макияжем тоже хорошо поработали, а ногти сверкали ярким лаком цвета спелой вишни. Лола восхищенно смотрела, как визажист уверенной рукой нанес на ее лицо заключительный штрих: яркую помаду под цвет ногтей, такую же сочную и сладкую.
― Все остальное будет приковывать его внимание, ― тихо сказала женщина, подкрашивая ей губы. ― Но именно это его уничтожит.
Лола хотела объяснить, что ее не волнует, зацепит это Бо или нет, но ее губы были заняты. Бо всегда находился рядом, и теперь он смотрел на нее через зеркало. Не было никаких сомнений, ему нравилось то, что он видел. А ей нравилось, что он был доволен.
Может быть, Лоле было не все равно, оценит ли он. В конце концов, независимо от того, насколько сильно она боролась с собственной привлекательностью, он был мужчиной, а она все-таки была женщиной.
Это был тот самый факт, о котором она помнила каждую секунду. Нижнее белье, которое выбрал Бо, было не просто бельем — это было обещание того, что должно вскоре случиться. Черные кружева прятали ее грудь от излишнего внимания. Они делали ее спину стройнее, обнажая и одновременно скрывая её. Они словно говорили: «Всегда будь притягательной, кто бы ни смотрел на тебя».
Внизу, черные чулки, отделанные таким же кружевом, плотно обхватывали ее бедра. Когда она села на кресло и свела ноги вместе, кожа под чулками ощущалась шелковистой.
Она никогда не испытывала таких двойственных ощущений, такого внутреннего раскола и нашла некую иронию в том, что это случилось именно тогда, когда встал ребром вопрос выживания.
Когда Бо подошел к креслу, все остальное просто исчезло.
― У людей есть привычка исчезать, когда ты появляешься, ― сказала она.
― Они знают, чего я хочу.
Лола посмотрела на его отражение.
― И что это?
― Конфиденциальность, ― он нахмурился. ― Я же сказал им оставить длину твоих волос нетронутой.
― Я сказала им подобрать их, ― она распрямила ноги. ― Это соответствует стилю платья.
―Мне плевать на платье. Меня беспокоит только то, что я хочу.
― Тебе не нравится? ― спросила она.
― Я думаю, ― он взял один из свободных локонов и легко пропустил его сквозь пальцы, ― у меня будет много времени, чтобы сделать с твоими волосами то, что я хочу.
Лола слегка откинулась в кресле к груди Бо. Зеркало отразило их, словно фотографию. Лола выглядела так, словно она принадлежала ему, словно ее место было именно тут — рядом с ним.
― Бо, ― сказала она, ― есть вещи, которые ты не знаешь обо мне.
― Думаю, их довольно много.
― Ты понимаешь, что дело не в том, что мне не нравится все, что происходит. Я просто не принадлежу этому миру, он для меня чужой.
― Кто это сказал?
― Ты со мной не согласен? ― спросила она только для того, чтобы услышать, что он скажет в ответ.
Он больше не смотрел в ее глаза. Она проследила за тем, как его пристальный взгляд опустился к ее губам.
― Я думаю, что тебя должно заботить мнение только одного человека, ― сказал он. ― Мое. Я не знаю, кто какому миру принадлежит. Но в моих глазах ты — королева среди этой серой массы. Везде, куда бы ты ни пошла.
Лола задержалась с ответом. Ее не удивляло, что Бо был увлечен ею — он ясно дал понять это, ― но он все еще не привел причину, которую можно было принять.
― Спасибо, ― сказала она неубедительно.
Он заговорил снова.
― В моем офисе ты сказала, что у нас похожее прошлое, но теперь мы находимся по разные стороны. Когда ты развиваешься, ты все-таки делаешь это на одной стороне. Ты никогда не сможешь пересечь эту границу, перейти на другую сторону. Если ты не принадлежишь этому месту, то и я тоже.
― Но ведь ты никогда не чувствуешь себя неуверенно, чужим?
― Если и чувствую, то никогда этого не показываю. Считай это игрой. Люди поверят чему угодно, если ты сам веришь в это, ― он взглянул на часы. ― Время поджимает. Пора идти.