— Он мэр, Лола.
Она поджала губы:
— И, конечно же, чиновники у нас все как один — святые.
— Ты не должна об этом переживать. Все законно.
— И в чем же заключается это дело?
— Тебе действительно интересно?
Почему ей не все равно? Ведь бизнес Бо — это только его лично дело. Ничего общего с ней. Она убедила себя, пускаясь в эту авантюру, что пережить ночь с Бо будет проще, если он останется просто незнакомцем. Но сказать, что ей не интересно, значит соврать самой себе. Она кивнула:
— Конечно.
— Встреча ради налоговых льгот, стимуляции инвесторов. Для тех из нас, кто вложился в самом начале, на ранней стадии стартапов. Лос-Анджелес — это огромная бездна талантов, большой потенциал отраслей искусства и развлечений. Мы должны работать над тем, чтобы не давать всему этому уплыть отсюда. Но все решают деньги. И весь потенциал утекает в города, туда, где есть больше возможностей.
— Так почему же он не сделал этого раньше? Он не хочет этим заниматься?
— Это не значит, что не хочет. Просто он не смотрит так далеко вперед. Я уверен, что у него множество советников, которые обращают его внимание на самые разные аспекты жизни, но я хочу показать ему мою точку зрения, человека, который заинтересован в этом городе. К сожалению, он думает, что люди большого бизнеса всегда имеют корыстные намерения.
Лола подняла бровь:
— А у тебя есть корыстные намерения?
— Налоговые льготы, без сомнения, полезны для меня. Чем больше денег я экономлю, тем больше я могу инвестировать, а это — отличная возможность заработать. Местные самородки также помогут мне. Если запустить дело со штаб-квартирой в Лос-Анджелесе, или развернуть свое дело именно здесь, все будет у меня под контролем.
— Зачем?
— Потому что это хорошо для нашей экономики. Лос-Анджелес — мой дом, и я хочу, чтоб он мог составить конкуренцию таким местам, как Сан-Франциско и Нью-Йорк.
Лола могла легко его понять, ведь она тоже никогда не жила в других городах, поэтому особенно трепетно любила Лос-Анджелес. Тем не менее, Бо всегда будет человеком с самых низов.
— Я могу понять, почему Черчиль так скептически настроен, — сказала она. — Трудно поверить, что у тебя нет скрытых мотивов.
— Я буду честен в том, какие именно бонусы я получу в краткосрочной и долгосрочной перспективе. Я просто хочу, чтобы и я, и этот город смогли извлечь выгоду в равной степени.
Перед ними резко затормозил серебряный спортивный автомобиль.
— А куда делся твой лимузин?
— С этой частью вечера покончено, — сказал Бою — Я сам буду за рулем до нашего следующего пункта назначения.
— Твой отель?
— Пока нет.
Швейцар выскочил из машины, сияя.
— Вот почему я люблю работать на таких мероприятиях. Автомобиль Ламборджини, это не шутка, чувак. Я имею в виду, сэр. Это мой первый раз за рулем Авендатор Родстер.
— И как тебе? — спросил Бо.
— Офигенно. Я держался изо всех сил, чтобы не проверить, как быстро она разгоняется до сотни.
— Около трех секунд, — с улыбкой сказал Бо.
Швейцар посмотрел на Лолу, пробежавшись взглядом сверху вниз и обратно:
— Счастливчик.
Бо рассмеялся и вытащил бумажник:
— Не буду спорить.
Глаза мальчишки расширились, когда он взял в руки протянутую купюру:
— И я не буду с этим спорить! Спасибо, сэр!
Бо отмахнулся от него и повел Лолу к автомобилю. Двери были подняты, словно крылья. Только огни приборной панели светились внутри в темноте. После того, как Бо сел за руль, Лола сумела найти кнопку, опускающую окна.
— Просто великолепная ночь, — сказала она.
— Знаешь, я, правда, не из тех «растрепи-ветер-мои-волосы» парней.
— Сможешь им стать на одну ночь?
Он покачал головой в ответ на ее дразнящую улыбку:
— Полагаю, одна ночь меня не убьет.
Перед тем, как выехать на улицу, он потянулся и распустил волосы Лолы одной рукой.
— Они спутаются, — сказала она, когда они упали ей на плечи.
Он посмотрел на нее, подмигнул и нажал на газ:
— Они уже спутались.
Вскоре они понеслись по бульвару Сансет. Лола пыталась спасти прическу, удерживая волосы руками около шеи.
— Мы едем очень быстро.
— А разве может быть иначе? — спросил он, ухмыляясь от уха до уха. — Расслабься. Просто наслаждайся поездкой.
Она буквально заставила себя разжать пальцы. Дорога, казалось, была открыта только для них. Бо быстро лавировал сквозь поток машин, подсвечивая путь желтыми огнями, уверенно и безошибочно совершая свои маневры, и ее сердце мчалось вместе с ним. Неоновые огни превратились в размытые полосы, когда они пролетали мимо баров, сувенирных магазинов и клубов. Черные пальмы неярко мелькали на фоне рекламных щитов. Она, наконец, отпустила свои волосы, откинула голову назад и закрыла глаза.