Мышцы Урсулы напряглись.
— Что происходит?
— Это всего лишь Сотц, — сказала Сера. — Он помогает с заменой окна.
Урсула кивнула, глядя на то, как Сотц сжимает в лапках верёвку. Подвинувшись ближе к окну, она увидела, что на другом конце верёвки закреплена огромная панель стекла.
По указанию онейроев-рабочих Сотц взлетел выше, поднимая стекло. Криками и лихорадочными жестами мужчины сумели направить панель стекла в комнату. Урсула наблюдала, как рабочие аккуратно помещают новое окно на место, пока Сотц маячит прямо с другой его стороны. Всадник на плече Сотца медленно изменял его положение, демонстрируя потрясающий контроль над животным.
— Урсула, — Сера дотронулась до её руки. — Я принесла тебе подарок.
Урсула улыбнулась.
— Правда? За что?
— Не моя идея. Лорд сказал мне принести тебе это. Он подумал, это послужит хорошим занятием.
— Ясно. Предположительно для того, чтобы я никого ничем не протыкала.
— Так будет лучше для всех, — Сера выскочила в коридор, а когда она вернулась, при ней оказался блестящий чёрный мешочек.
Урсула приподняла бровь. ещё больше одежды?
— Лорд сказал, тебе нравится рисовать.
Её губы изогнулись в улыбке.
— Лорд прав.
Сера запустила руку в мешочек, доставая кисти и тюбики краски. В последнюю очередь она извлекла небольшой холст, натянутый на деревянную рамку.
— Он сказал, что если ты захочешь холст побольше, то просто дай ему знать.
— Очаровательный подарок.
— Лорд заботлив, — сказала Сера.
К ним подошли два онейроя-рабочих. Тот, что пониже ростом, встретился взглядом с Урсулой.
— Окно установлено, и оно чрезвычайно прочное. Лорд защитил все окна своей магией. Теперь ничто не разрушит стекло. Вы в безопасности здесь, внутри.
— Большое спасибо, — ответила Урсула. Слава богам. Она не сумела бы расслабиться здесь, зная, что в любой момент мужчина на гигантской летучей мыши может пробить стекло.
Снаружи Сотц улетел прочь, и два рабочих ушли из её покоев.
Сера повернулась к Урсуле с озорной улыбкой.
— Лорд провёл ночь в твоих апартаментах.
— Ну не в этом же смысле.
Сера широко распахнула глаза.
— Он веками не заходил сюда. Думаю, это потому, что ему больно видеть портрет.
Урсула нахмурилась, глядя на место на стене, где висел портрет. В течение ночи кто-то его убрал.
— Той женщины? Почему?
Рука Серы взлетела к её рту.
— Мне не стоило говорить.
«Ну, теперь мне надо знать». Урсула дотронулась до её руки.
— Ты можешь мне сказать. Кому я вообще расскажу? Ты моя единственная подруга здесь.
Глаза Серы лихорадочно заметались из стороны в сторону. Она явно пыталась решить, сколько можно сообщить Урсуле.
Наконец, она прошептала:
— Это жена лорда, да защитят боги её душу.
У Урсулы отвисла челюсть.
— Он был женат? Я понятия не имела. Она умерла при нападении?
— Нет. Это случилось давным-давно, ещё до того, как я появилась на свет. Мне не стоило ничего говорить, — Сера попятилась к двери. — Я не вправе обсуждать жизнь лорда.
С лицом бледнее обычного Сера поспешила выбежать за дверь и захлопнула её за собой.
Глава 16
В день Выбора Чемпионов нутро Урсулы словно скручивалось узлами. Она наполнила ванну тёплой водой с запахом лаванды, пытаясь унять нервозность, но одна ужасающая мысль громко звенела в её голове.
Сегодня она узнает, кого именно Баэлу придётся убить.
В случае поражения он поплатится своей жизнью. Каким бы ужасающим и ворчливым он ни был, Урсула не хотела, чтобы он умирал. И более того, если он проиграет, она присоединится к нему в преисподней.
Или хуже того… Абракс возьмёт её в плен для целой вечности садистских пыток.
Пока Урсула отмокала в ванной, в гостиной прозвенел голос Серы.
— Ау? Урсула?
— В ванной! — крикнула она.
— Хорошо. Ты уже начала готовиться. Я принесла тебе новое платье для церемонии. Всё должно быть идеально! — прокричала она. — Мы должны помочь лорду, сделав всё идеально!
Урсула вздрогнула от её визгливых интонаций. «Видимо, не одна я нервничаю». Она встала из ванны, схватила полотенце, замотавшись в него, и затем вышла в гостиную.
Сера стояла в центре комнаты в сером пальто и сжимала коробку до побеления костяшек пальцев. С одной её руки свешивался пакет.
— Я отутюжила одежду лорда до идеала. На нём будет ни единой складочки перед лицом других лордов. Смертный или нет, но они поймут его величие по его божественной красоте, — её глаза были широко раскрыты и казались слегка лихорадочными.