Наконец, экипаж с толчком опустился на каменистую дорогу.
Урсула посмотрела в окно на долгую вереницу экипажей. Пока летучие мыши медленно шагали вперёд на своих когтях, Урсула смотрела на пустынный лунный ландшафт. Не считая фиолетового света Асты, земля была окутана тьмой. Глубокие расселины врезались в камень вокруг основания шпиля.
Их экипаж медленно заехал в крытый вход, и два швейцара в серых ливреях поспешили открыть их дверцу.
Баэл вышел и придержал дверцу для Урсулы. Он предложил ей руку, пока она выбиралась.
Неизменный джентльмен.
В такой близости к дну кристалл Асты был багрового оттенка, сродни цвету синяка. Над ними кружили и танцевали серые облака мотыльков, затмевавших звёзды.
— Сюда, — сказал Баэл.
Пешеходная дорожка, озаряемая светящимися грибами, вела к арочному входу. Урсула шла бок о бок с Баэлом, потирая серебряное кольцо между пальцами.
Через дверной проём она ступила в огромный зал, вырезанный из пурпурного кристалла. Стены вздымались над ними минимум на шестьдесят метров, и огромные скопления светящихся грибов свисали с потолка подобно люстрам. Длинные ониксовые столы, за которыми сидели демоны, занимали большую часть зала. Слева в центре оставалось открытое пространство, похожее на танцпол. Вместе с Баэлом Урсула прошла ближе к центру зала.
В дальнем конце массивного помещения на помосте стоял один стол. За ним сидели одиннадцать лордов, гордо разместившиеся на серебристых стульях. Абракс гневно смотрел на Урсулу, облизывая губы, и у неё по спине пробежали мурашки. Похоже, никто здесь не знал, что он пытался захватить всё Царство Теней, или же всем было плевать. Видимо, потеря крыльев — это непростительно, а настоящий переворот и свержение власти — это ничего, если ты полубог.
В центре стола, на самом большом стуле, сидел Хотгар. На столе перед ним лежал молоток.
Урсула нахмурилась. «Это место должно принадлежать Баэлу». Пока Абракс не забрал его крылья, Баэл был Мечом Никсобаса, самым старшим из всех лордов.
Урсула посмотрела на вихри тенистой магии за столом. Никсобас. Она едва не упустила его за могущественными облаками магии. Он сидел на серебристом троне, наполовину скрытый извивающимися тенями. Когда завитки магии поредели, его глаза… две тёмные бездны… смотрели как будто прямо на Урсулу. При виде него её сердце сжалось от ужаса.
К ним спешно подошла маленькая онейройка.
— Милорд, — она низко поклонилась Баэлу, затем повернулась к Урсуле. Её взгляд скользнул к платью Урсулы и поразительно прозрачной тканью под её плащом. Онейройка нахмурилась, затем снова нацепила улыбку на лицо. — Прошу, следуйте за мной, миледи. Лорд будет сидеть за столом знати.
Урсула посмотрела на Баэла в поисках помощи, но он уже шёл к помосту, оставив её позади.
— Сюда, — бодро прочирикала онейройка, маня её вперёд.
Урсула втянула глубокий вдох. «Давайте сделаем это».
Она прибавила шагу, чтобы поспевать за онейройкой, которая лавировала в море демонов, рассевшихся за столами. Некоторые выглядели совершенно похожими на людей… и поразительно красивыми. Другие обладали более демоническими чертами: рога, клыки, даже глаза цвета крови. И всё же они тоже были по-своему прекрасны. Мужчины с точёными чертами, женщины в мерцающих платьях, их тела были такими гибкими и изящными. После недавнего прибытия сюда и проведённого времени с Серой её определение красоты, похоже, расширялось.
Урсула осмотрела гостей — платья сумрачно-пурпурного, полночно-синего или мерцающе-чёрного цветов, похоже, были в приоритете. Некоторые женщины вплетали в волосы драгоценности, многие мужчины носили костюмы с серебряными акцентами.
И все демоны до единого таращились на Урсулу, пока она проходила мимо их столов.
Очевидно, что слухи об её присутствии разошлись вокруг. Гончая-блудница. И это они ещё не видели платье целиком.
Избегая их взглядов, Урсула прошла за онейройкой по залу, ближе к платформе. Наконец, онейройка остановилась и показала на свободный стул за длинным столом, занятым демоницами с абсолютно демоническими чертами: рога, когти, белые глаза, острые зубы. Все красавицы. Все увешаны бриллиантами. И все уставились на неё.
Онейройка выдвинула стул возле поразительной женщины, чьи абсолютно чёрные волосы рассыпались по белому платью.
— Ваше место, миледи, — онейройка протянула руку. — Могу я взять ваш плащ?
Урсула расстегнула застёжку и сняла плащ. Прежде чем передать его онейройке, она схватила серебряное кольцо из кармана.