Он трахает меня.
Жестко. Быстро. Первобытно.
Его пальцы с восхитительной силой впиваются в мою плоть, отмечая меня в качестве доказательства этого момента, пока я пытаюсь удержаться от падения.
Я двигаюсь в такт каждому движению его бедер, рассыпаясь на части с каждым толчком, но теряюсь, когда его руки отпускают меня, и с его следующим движением я падаю вперед. Он не останавливается, падая со мной и прижимая меня к земле.
Земля подо мной вдавливается в мою кожу, пачкая меня, как он и хочет.
Его стоны звенят у меня в ушах, когда экстаз покрывает мою кожу, а мгновение спустя его руки снова оказываются на мне, но на этот раз на кончиках его пальцев что-то есть.
Он рисует очертания на моей спине, в то время как его толчки остаются такими же безжалостными и неуправляемыми.
Я не вижу, что он делает, и это только усиливает блаженство, зарождающееся в моей душе. Моя киска сжимается вокруг него, нуждаясь в разрядке, а мой клитор трется о землю с каждым толчком его бедер.
— Вот так, Альфа. Прими меня. Кончи на мой член и пометь меня как своего. Ведь я такой и есть, не так ли? Твой. Скажи это. Скажи это, блядь, — хрипит он, а его рука давит на мое лицо, еще больше вжимая меня в траву и землю под собой.
Я задыхаюсь и стону, но слова не выходят.
— Скажи это, Адди. Скажи это сейчас, — рычит он, другой рукой сильно шлепнув меня по заднице.
Мое тело взрывается, надвигающаяся потребность внутри меня берет верх, и волна за волной неистовое желание проносится сквозь меня. Мое зрение затуманивается, мышцы напрягаются, готовые разорваться от его прикосновений.
— Скажи это! — рявкает он, его движения становятся более резкими, когда он наклоняется надо мной, прижимаясь грудью к моей спине, заявляя права на каждый дюйм моего тела. — Мне нужны слова, Альфа. Возьми меня за край вместе с собой.
Это мольба. И я не могу ее отклонить.
— Ты мой.
— Еще раз.
— Ты мой, Кассиан.
Его бедра останавливаются, когда пульсация его члена внутри меня заставляет вибрировать мои стенки, и я обнаруживаю, что снова сокращаюсь вокруг него. Его кульминация поднимает меня на новый пик удовольствия, оставляя меня по уши в грязи, но не в его освобождении, — мысль, которая ощущается как укол разочарования, даже в моем сексуальном тумане.
Мой пульс стучит в ушах, мой разум отказывается признавать то, что я сказала, и то, что я имела в виду.
Я пропала из-за него, из-за них, и я ничего не могу с этим поделать.
12
БРОУДИ
П
остукивая вилкой по тарелке, я ковыряюсь в еде, аппетит пропал. Я знаю почему. Я знаю это без сомнения, и от этого у меня только еще больше портится настроение. Пустое место напротив меня с каждой секундой становится все более заметным, с каждым мимолетным взглядом подтверждая, что компании, в которой я хотел бы находиться, здесь нет. В столовой полно народу, но та, кого я хочу увидеть больше всего, где-то с надоедливым волком, которого я называю своим другом.
— И как долго мы должны просто позволять ему владеть ею? — Ворчу я, резко роняя вилку, а раздражение эхом отдается в моих ушах.
Флора усмехается, заслужив мой свирепый взгляд, но продолжает ухмыляться, не обращая внимания на мою молчаливую угрозу.
— Что?
Она качает головой, в ее глазах пляшет веселье, когда она поворачивается, чтобы посмотреть на меня. — Ты себя слышишь?
— К чему ты клонишь?
— Не срывай на ней злость, — вмешивается Арло с другой стороны от нее, его глаза сужены, а челюсть подергивается. Мне не нужен еще и его бред в придачу к тому, что у меня уже есть.
— Ладно, Арло, успокойся. Он понял, — заявляет Крилл, успокаивая его, и, к моему удивлению, он действительно расслабляется от его слов. Крилл спешит на помощь. Кто бы мог подумать?
Флора прочищает горло, и я снова перевожу взгляд на нее. — Я имею ввиду, почему это Кассиан может увезти ее, не подумав об остальных из нас? — Это правда. Это раздражает и мелочно, но мне все равно.
— Разве вы не должны думать о том, что лучше для Адди? — парирует она, приподнимая бровь и делая глоток воды.
Я закатываю на нее глаза. — Мы все знаем, что я наименее ворчливый. Я — то, что лучше для нее. — Да!
— Вот как? — ворчит Рейден, не отрывая взгляда от своей тарелки и посмеиваясь надо мной.
— Мне нравится это, — заявляет Флора, грозя мне пальцем, и я пожимаю плечами.