— Это тебе, — шмыгнув носом, бормочет она, открывая конверт.
Я смотрю на него, нахмурившись, пока она ждет, когда я возьму его. — Мне это не нужно.
— Ты можешь передумать, — настаивает она, крепче сжимая его, когда протягивает в мою сторону.
— Ты никогда этого не делала, — огрызаюсь я, мой взгляд возвращается к ней. Вина роится в ее глазах, когда разочарование проникает в мои кости. Не на нее, на себя. Я буквально чертовски злюсь на саму себя в ее присутствии, и это нужно прекратить. Сейчас.
— Пожалуйста, возьми это, на всякий случай, — призывает она, в ее мольбе слышится отчаяние.
— И ты уйдешь?
Ее лицо искажается от боли, прежде чем она кивает. — Если ты возьмешь это, я уйду.
Прямо сейчас я сделаю практически все, чтобы установить между нами столь необходимое расстояние. Ее присутствие здесь не имеет смысла. Ничего из этого не имеет.
Прежде чем я успеваю отговорить себя от этого, я хватаю конверт, но она не отпускает его. Вместо этого она притягивает его ближе, увлекая меня за ним.
— Будь в безопасности, Адрианна, — шепчет она, боль в ее голосе соответствует вихрю ужаса в ее глазах. — Он приближается, и как бы я ни старалась, я, кажется, ничего не могу с этим поделать, — добавляет она, и слезы текут по ее лицу.
Я отступаю назад, нахмурившись. — Кто? — В ту же секунду, как я это говорю, я знаю, но она все равно подтверждает это для меня.
— Кеннер.
— Он знает, что ты здесь? — Я рычу, глаза расширяются от ярости, когда густой, мрачный голос прорезает воздух.
— Не знал. — Мое тело замирает, когда мама от паники бледнеет. Я моргаю через ее плечо и вижу мужчину, о котором идет речь, выходящего из кустов, из которых она появилась несколько минут назад. Усмешка растекается по его губам, придавая ему еще более зловещий вид, чем обычно, когда адреналин разливается по моему телу. — И не могу сказать, что я в восторге теперь, когда знаю.
36
КРИЛЛ
— П
очему ты вот так просто позволил ей уйти? — Рейден скрежещет зубами, жилы в его предплечьях напрягаются, когда он сжимает кулаки. Я понимаю его. Правда. Но реальность такова, что мы имеем дело с особенной женщиной, которая не воспринимает приказы.
— Потому что попытки сдержать ее только оттолкнут ее, — заявляю я, хотя слова не передают, с чем мы имеем дело. Если уж на то пошло, это наша вина, что мы стали такими отчаянными и нуждающимися по отношению к самой сильной и независимой женщине, которую я когда-либо встречал.
Я бы ни черта не стал менять, но реальность такова, что это выходит за рамки нашей зоны комфорта.
Рейден рычит, когда Броуди вздыхает.
— Крилл прав. Я уверен, то, как вы с Кассом распространяете перед ней эти идиотские флюиды, возбуждает ее до чертиков, но эти чувства далеко вас не заведут, — заявляет он, пожимая плечами, и Кассиан усмехается.
— Они заводят меня достаточно далеко.
Броуди бросает на него многозначительный взгляд, обращенный ко всем нам, прежде чем заговорить. — Я хочу большего с ней. А вы? — Видеть его таким странно. Обычно он бабник. Парень, по которому много девушек сохнут, а он первый, кто убрал всех остальных со стола ради Адрианны. Он стал тише, но это не похоже на грусть. Скорее… удовлетворение.
Мой зверь внутри меня закручивается, жаждая того же чувства, которое, как он знает, придет от нее, и я тру грудь, пытаясь унять эту боль.
— Большего? — Спрашивает Рейден, вопросительно подняв бровь, и Броуди закатывает глаза.
— Любовь, тупица.
Вампир посмеивается, но его смех обрывается, когда он хмурится, в замешательстве глядя на свои руки. — Я пойду и найду ее, — выпаливает он, быстро поднимаясь на ноги, но я двигаюсь быстрее.
— Нет, я сам, — ворчит Кассиан, спеша к двери и на ходу отталкивая меня плечом.
— Подождите. Подождите. Подождите, — кричит Броуди, в панике размахивая руками, и у меня в груди становится теплее.
Одно слово. Пять букв — и мой зверь берет верх.
— Нет, вы не пойдете. Я пойду. Что ей сейчас нужно, так это спокойный подход. Кто-то, кто действительно прислушается к ней, и мы все знаем, что это я. — Слова слетают с моих губ с уверенностью, о которой я и не подозревал, они пускают корни в моей душе, когда я черпаю в них силу. От меня не ускользнуло, что не так давно мы были в похожем положении, и я отказался заявить на нее права.