— А ты не хочешь продолжать ваше… знакомство? — догадывается Варя.
— Знакомство? — перекатываю я во рту это странное слово. — Да я ни с одним мужчиной столько не общалась и не…
Замолкаю, смутившись. Если так дело пойдет, то и краснеть научусь. Чёртик сидит на моем туалетном столике, лезет пятачком в баночки и коробочки с косметикой, нюхает и удивляется разнообразию запахов.
— И не целовалась! — смеясь, помогает мне Сашка. — Как хоть он целуется?
— Давненько мы такие пикантности не обсуждали! — шумно радуется Варя и тут же обвиняет нас в скрытности. — Я вам про Сергея-Филиппа рассказала!
— Тоже мне! Поцелуй из прошлого! — дразнит ее Сашка. — Просроченный! Целовал он тебя в десятом классе, а призналась ты за полчаса до пенсии!
— Мне было стыдно перед Леркой! — фыркает Варька, веселясь от души и тут же пугаясь. — И я боюсь, что узнает Максим. Не про то, что это было, а про то, что я не рассказала. Шутка ли! Почти четырнадцать лет назад!
— Всё! — решительно говорит Сашка. — Ты у нас на крючке, Варька! Будем тебя этим порочным фактом твоей биографии шантажировать.
— Ну и пожалуйста! — не верит ей Варя. — Подумаешь…
— Самое отчетливое мое желание — приехать домой, — делюсь я планами, отсмеявшись в очередной раз. — Верещагин поклялся, что от мести моему отцу отказался. Да и информации новой про старые дела на него сейчас навалилось много. Он предыдущую десять лет гонял на все лады в голове — теперь его даже пожалеть можно…
— Не чувствуешь к нему ничего, кроме жалости? Ни капелюшечки? — спрашивает Варя и нелогично добавляет. — Ведь интересный человек. Необычный мужчина. Мне он кажется каким-то цельным, верным, справедливым.
— Справедливым?! — возмущаемся мы с рогатым, забавляющимся с пудреницей и пуховкой к ней. — Он через меня, а значит, и мне мстить хотел за то, что недоказуемо и, возможно, за то, что мой отец и не делал! А еще он на мне женился!
— Это преступление! — неожиданно саркастически поддерживает мое возмущение Сашка. — И как посмел только!
— Так… — подозрительно тяну я. — Разыгрываете или издеваетесь?
— Разыгрываем! — хихикает Варя.
— И чуть-чуть издеваемся! — поддакивает Сашка.
— Меняем тему! — командую я, сгоняя силой мысли маленького нахала, обозвавшего меня жадиной, с туалетного столика. — У вас что нового и важного?
— У меня Портной активизировался! — потирает руки Сашка. — Обложил со всех сторон! Каждый рабочий день — битва на выживание.
— За что боретесь? — улыбаюсь я.
— За меня в его постели, — громким страшным шепотом делится секретом боевая подруга.
— Шансы? — по-деловому интересуюсь я.
— Нулевые! — провозглашает Сашка, стукнувшись кулачками с Варькой.
— Чего ж радуешься? — с любовью спрашиваю я, снова чувствуя, как скучаю по нашему живому общению. Хоть скайп, хоть телефон — всё не то.
— Драйву. Победе. Жизни, — серьезно шутит Сашка. — Мужик держит меня в тонусе! Спасибо ему за это! А то у Варьки всё включено с рождения: генетика крутая, талант немереный, любовь великая. У тебя, Лерка, красоты, ума, порядочности на десятерых выдано, да тебе одной досталось. А у меня, обделенной по всем статьям, всё на оптимизме держится!
— Трепло! — хлопает Сашку по плечу Варя и недовольно обвиняет, заводясь с каждым словом. — Как ты так можешь? Сама же не пускаешь никого в свою жизнь! Как и Лерка! Буки! Сидят две красотки на попе ровно, а весь мир им чего-то должен!
— Не заводись! — успокаивает ее Сашка, мне подмигивая. — Сама Макса у всего мира отбила, а таких, как он, больше нет!
— Ой! — морщится Варька. — Только не свистите, мастера художественного свиста, что вам мой Макс нужен! У вас до меня шесть с половиной лет было, чтобы его себе выбрать! Чего розы нюхали?
— Он тебя ждал на режиме энергосбережения. Даже на Сонечку Игнатову не реагировал! — дразнит Сашка Варю. — Ты в наш класс приперлась — и всё! Тебя заклинило, его заклинило. Чего ж мы лезть будем? Конечно… можно и отбить…
На лице у Вари растерянность, переходящая сначала в подозрительность, потом в ревность.
Мы смеемся долго, до слез, как будто нам не тридцать почти, а по-прежнему двенадцать-тринадцать.
— Не дрейфь, Варюха! — успокаивает Сашка. — Если уж Макс на Лерку за всё это время не среагировал, то шансы у тебя высокие! На нее только мертвые не реагируют и Быстров.
— Ага! Еще Зорин и Жданов! — напоминаю я. — И Ермак!