Ровно через час в комнате появляется Аркадий Сергеевич с нашей верхней одеждой. Еще через пять минут мы садимся в большой черный внедорожник. Один автомобиль впереди. Один сзади. На огромной скорости движемся по шоссе.
— Не настолько мы торопимся! — почти кричит водителю испуганная Сашка. — Соблюдайте разрешенную скорость!
Водитель не обращает на Сашкины крики никакого внимания. Кроме него, в нашей машине Высокий, сидящий впереди и так и не снявший маски с лица.
— А почему водителя мы можем видеть, а вас нет? — спрашивает Варя, сверкая любопытством в зеленых глазах.
— Молчи! — толкает ее локтем в бок Сашка.
Через полчаса наш кортеж внезапно останавливается. И снова всё быстро, нереально, странно и удивительно.
Мы с девчонками стоим на обочине, вытащенные из автомобиля Широким. Водитель и Высокий лежат на обочине в свете фар с заложенными за голову руками. Чуть дальше в такой же позе Аркадий Сергеевич и водитель первой машины. Успеваю злорадно усмехнуться и почувствовать бесчеловечное удовлетворение. Обернуться и посмотреть, что с третьей машиной и людьми в ней, мне не дает Сашка. Она хватает меня и Варьку в объятия и шепчет:
— Спокойно! Сергей-Филипп!
Быть спокойной после объявления этого имени я не могу. Моя дрожь передается и девчонкам. Медленно оборачиваюсь.
Широкий приглашающим жестом указывает нам на третий автомобиль, возле которого стоит Сергей-Филипп.
— Быстрее! — хрипло командует Широкий, кивая нам.
Сергей-Филипп молча ждет, пока мы быстрым шагом дойдем до его автомобиля. Ждет, пока сядем на заднее сиденье. Потом что-то говорит Широкому и людям, положившим нашу охрану на обочину. Затем садится за руль и, резко крутанув руль, выезжает на шоссе.
В машине нас четверо. Я с подругами и мой главный кошмар.
Глава 21. Приключения. Продолжение
В любви и на войне одно и то же:
крепость, ведущая переговоры,
уже наполовину взята.
Любовь — битва двух полов.
Женщине надо защищаться сперва,
мужчине надо защищаться после,
и горе побежденным!
— А если здесь есть мыши? — дрожащий голос Вари заставляет нас с Сашкой пристально всматриваться в темные углы.
Сашка начинает насвистывать мышиную тему из «Щелкунчика» — Варины глаза увеличиваются до неприличных размеров, и она становится похожей на героинь современного японского аниме, у которых глаза занимают практически всю площадь лица.
— Дом чистый и мышей здесь нет! — нарочито строго говорит Сашка.
И мы с сомнением тремя парами глаз еще раз осматриваем комнату в старом деревянном доме, в котором нас закрыл Сергей-Филипп больше часа назад. Скорее всего, больше часа, определяю я по ощущениям, потому что сумочки и телефоны у нас опять забрали.
Забрал. Мрачный и молчаливый Сергей-Филипп. Они привез нас на берег какого-то водоема: в темноте было не понятно, какого именно, не то пруд, не то озеро, не то река. Без единого слова завел в старый бревенчатый дом и закрыл в большой комнате, так и не издав ни звука. Мы, не сговариваясь, тоже молчали.
— Чёрт! — устало ругается Сашка. — Теперь мы потеряем время — и все начнут нас искать!
— Это же хорошо? — удивленно спрашивает Варя. — Или нет?
— Для Виноградова плохо, — огорченно сознаюсь я. — Он изо всех сил старается скрыть абсолютно всё: и настоящее, и прошлое. Я думала, что у него получится и что он не учел только Варьку, а его теперь подведет Сергей-Филипп.
— Девочки! — Варя осторожно двигается по периметру комнаты, слабо освещенной отсветом фонаря, подвешенного на крыльце. — Он хороший!
— Кто из них? — ехидничает Сашка. — Виноградов? Верещагин? Перевалов?
— Кто такой Перевалов? — не понимает Варя, остановившаяся перед старым платяным шкафом с зеркалом во всю дверь.
Зеркало потемнело от времени, покрылось сетью трещинок, россыпью пятен.
— Сергей-Филипп, — отзывается Сашка, вставая рядом с Варей. — Он Перевалов. Не помнишь?
— Не помню… — завороженно вглядываясь в мутную поверхность, шепчет Варька. — Про Виноградова ничего сказать не могу. Но и Верещагин, и Перевалов мне нравятся. Как мужчины.
— Осторожнее с откровениями, подруга! — смеется Сашка. — Быстров их сортировать не станет. С обоими расправится. Кто тебе разрешил симпатизировать чужим мужчинам?