— Ты цепляешься к словам, чтобы поссориться? — искренне недоумевает мой муж.
— Чтобы помириться, — честно отвечаю я, избавляясь от халата.
Глава 26. Хорошие друзья и плохие новости
Второй брак — это победа
надежды над здравым смыслом.
Я тебя полюбил неожиданно, сразу, нечаянно,
Я тебя увидал — как слепой вдруг расширит глаза…
***
Ты блеснула ко мне вмиг узревшими дали зеницами.
И люблю — и любовь — о любви — для любимой — поет.
- Девичник против мальчишника! — торжественно провозглашает Сашка, с размаху садясь на белый кожаный диванчик, взметнув вверх серую пенную массу гипюра, из которого сшиты нижние юбки наших одинаковых коктейльных платьев. — Молодой человек!
Расторопный официант, услужливо улыбаясь, наливает в пустой Сашкин бокал розовое игристое.
— Вот живет в тебе, Сашка, дух противоречия! — смеется Варька, аккуратно присаживаясь рядом и тщательно расправляя свои юбки. — У мальчиков свой праздник — у нас свой. Будем придерживаться традиций.
— Да уж! — лукаво фыркает Сашка, закатывая ярко накрашенные глаза. — Традиций! Так и ходил кругами Леркин Верещагин, всё невзначай интересовался сценарием девичника. Видимо, боится, что мы мужской стриптиз замутим или алкогольный марафон устроим!
— Наши мальчики закаленные! — веселится Варька. — Терпят и молчат. Макс просто мне сказал: «Надеюсь, вам будет весело!»
Теперь уже хохочем мы с Сашкой.
— Святая простота ты, Варюха! — Сашка чокается с Вариной коленкой холодным бокалом. — Доказать не могу, но уверена, Макс с Игорем всё про наш девичник выяснили давным-давно, руку на пульсе держат!
— Да что тут выяснять? — недоумевает Варя. — Скромнейшее, интеллигентнейшее мероприятие. Нам же не восемнадцать, а целых тридцать! И вкус у нас есть!
— Эх, Варя! — Сашка залпом выпивает шампанское, чмокнув губами от удовольствия. — Завидую! Тебе еще двадцать девять. Салага! Можешь позволить себе побезумствовать!
— Вряд ли, — осторожно напоминаю я. — Она у нас давно не Дымова, а Быстрова.
— Да! — бодро произносит Варя, словно отвечает на слова взаимной клятвы и тут же шепотом добавляет. — Осознание себя женой Максима поубавило во мне прыти. Вовка во мне разочаровался, наверное, когда вернулся домой.
— А в Лерке нашей эта самая прыть только-только появилась! — иронизирует Сашка, протягивая официанту пустой бокал. — Растаяла, Снегурочка!
Сашка хитро подмигивает и салютует мне бокалом.
— Ну что? Сотворим что-нибудь? Учудим нашим мальчикам на радость и огорчение?
Варя воодушевляется и с надеждой смотрит на меня:
— Есть парочка милых идей. Правда, мужская помощь понадобится… Но тут Вовка нам поможет — гарантирую!
Мы обе с сомнением и нежностью смотрим на Варю, которая уже что-то придумала.
Наш девичник проходит в чудесном месте: это загородный клуб «Чаплин», современный и винтажный одновременно. Нас только трое, в отличие от мальчиков. Я не захотела видеть никого, кроме Вари и Саши. Верещагин вообще собирался обойтись без мальчишника.
— Девочки! — тщетно взывал Никита к Сашке. — Мне сорок лет! Какой мальчишник?!
— Это тебе сорок! — возражала активная Сашка. — А нашим — тридцать! И потом, примета! Ты хочешь, чтобы Лерка тебя поработила? Жених без мальчишника — конь без седла, птица без крыльев, кастрюля без крышки… зима без снега, душа без совести…
Сашка еще долго подбирала точные сравнения с «без», а Никита веселел на глазах.
— Я вообще-то не жених, — доверительно сообщил он разошедшейся Сашке. — Я муж! И давно!
— Не совсем! — не сдавалась Сашка (Сашка никогда не сдавалась!). — Пока ты второй муж, он же первый. Всё! Счет открыт! Лерка оказалась неразборчивой — по мужикам скачет. Кто ей мешает и третий раз замуж выскочить?
Верещагин строго посмотрел на мою подругу, потом на меня и нахмурился.
— Перед свадьбой должен быть и мальчишник, и девичник! — резюмировала Сашка.
— Девичник? — сразу расстроился Никита. — Зачем?
— За тем же, что и мальчишник! — стучит по своему лбу Сашка, явно намекая на непробиваемый лоб Верещагина. — Это праздник. Символ прощания со свободой. С холостяцкой жизнью. С одиночеством, наконец! Чем качественнее проводим, тем лучше будет жизнь семейная! Скажи, Лерка!
Я сглотнула и кивком подтвердила Сашкины слова, сохраняя невозмутимое выражение лица.
— Вот! — торжествующе провозгласила Сашка. — Лерка в приметах понимает!