— Ему почти сорок, — соглашаюсь я с доводами Сашки.
— Вот! — настаивает она. — Просто он пользуется личными причинами, чтобы замаскировать свои финансовые игры. К гадалке не ходи — здесь замешаны деньги. Большие деньги!
— Скорее всего, — еще раз соглашаюсь я. — Но есть еще что-то, связанное со смертью его отца. Он же сказал, что винит собственную мать.
— Вот и разбирался бы с ней! — возмущается Сашка. — И зачем ему нужно, чтобы ты ночевала в его доме? Чтобы сплетен не было?
— Вот уж что ему точно безразлично, так это сплетни, — уверенно говорю я. — Верещагин убежден, что я, будучи его женой, обязательно помогу ему справиться с собственным отцом.
— Странная уверенность, — размышляет Сашка. — Мне не пора приехать?
— Нет! — смеюсь я. — Такие козыри в начале игры не выкладывают.
— Ладно! — ворчит довольная моим комплиментом Сашка. — Только обещай, Лерка, что ничего не будешь скрывать от нас! Мы с Варькой волнуемся очень! Позвони ей, она тоже ждет.
Сначала торжественно обещаю Лерке ничего от них не скрывать и звонить постоянно, потом набираю Варьку.
— Леруся! — радуется Варя. — Как же я рада тебя слышать!
Второй вариант моего рассказа обо мне и Верещагине получает совсем другую реакцию и другую оценку.
— Странно, Лера, — задумавшись, говорит Варька. — А зачем он со стороны за тобой наблюдал? Что узнать хотел?
— Я тоже об этом думаю, — откликаюсь я. — Если говорит правду и действительно наблюдал, то должен был убедиться, что близких отношений с отцом у меня не было и нет.
— Понимаешь, — Варя медлит и старается быть очень тактичной. — Я бы не торопилась с выводами. Это могут быть и настоящие чувства. Я думаю, что он в тебя влюбился. И старые дела с твоим отцом смешались с новыми чувствами к тебе.
— Ты старая романтичная девушка! — сердце просто щемит от любви к нашей Варьке. Я вообще подобных ей никогда не встречала.
— Старая девушка? — хихикает Варька. — Это оксюморон, Лера! Но за романтичную спасибо! Если он наблюдал лично, то не мог не понять, не увидеть, какая ты замечательная. Это моя версия. Вот увидишь, он влюбился! А узнает поближе — полюбит по-настоящему.
— Я не знаю, надо ли мне это, — остужаю я энтузиазм Варьки.
— Когда сама полюбишь — станет надо, — мягко, ласково возражает мне Варя. — Это как еда, воздух — без него не можешь жить. Нет! Не так! Можешь, но не хочешь.
— Не всем везет так, как вам с Максом, — теперь возражаю я. — Я свидетель.
— Да, — быстро соглашается Варя. — Нам повезло. Но мы и много работаем на нашу любовь. То, что дают на блюдечке с голубой каемочкой, не ценится дорого, потому что дается дешево. Поэтому будь честна с собой, наши советы можешь не слушать.
— Хорошо, Варюха, — не спорю я и обещаю, прежде чем попрощаться. — Я постараюсь.
На удивление, засыпаю сразу и сплю без сновидений и пробуждений. Утро солнечное, с грибным дождем. Смотрю в окно своей комнаты, выходящее на искусственный пруд, и вижу роскошную радугу. Пусть это будет хорошим знаком.
Долго разглядываю, не трогая, коробочки, баночки, пузырьки, флакончики и решаю ничем не пользоваться. Оставляю лицо без макияжа, просто умывшись.
На завтрак меня приглашает Виктор Сергеевич. Вынуждена надеть тот же костюм. Спускаюсь за серьезным строгим мужчиной в гостиную. Таисия Петровна уже здесь. Она прекрасно выглядит: кремовая блузка под горло и коричневая длинная юбка. И мне по-прежнему кажется, что больше пятидесяти лет ей не дашь.
— Доброе утро! — радостный возглас Риты меня практически не удивляет. Вчера по выражению ее лица было понятно, что ей очень не хочется уходить. Поэтому ее утреннее возвращение было почти предсказуемым. — Какая ты свеженькая, Лера! Без макияжа совсем девочка!
А вот вопрос от Елены Барон о том, как мне спалось, вызвает усмешку, которую я не сдерживаю. Надо же… И эта вернулась.
— Боюсь, по моей вине Лера выспаться не смогла! — раньше меня успевает ответить Верещагин. Сам он свеж, энергичен, подтянут. Серая рубашка и темно-синие слаксы. — Прости, дорогая!
Хороший ход. Надо чем-то отвечать.
— Восьми часов сна мне вполне хватило, спасибо, дорогой!
Рита хихикает. Елена растерянно, но довольно улыбается. Таисия Петровна хмурится. Верещагин мрачнеет.
— Давайте завтракать, девочки! — командует Таисия Петровна на правах хозяйки.
Сесть за стол не успеваю — Верещагин перехватывает меня по дороге.
— Уж простите, дамы, но у нас завтрак молодоженов! — весело говорит Никита, поворачивая меня к лестнице. — Иди за сумочкой!