Рита внимательно вглядывается в выражение моего лица. Мне нечего ей ответить, а с лица эмоции она не считает — не тот уровень отношений со мной. Всё чушь с первой карты. Приехали! Парочка — гусь да гагарочка! Дьявол с Шутом…
— Подожди! — как клещ, впивается в мою руку тонкими пальчиками Рита. — Еще будущее, Лера!
— Может, не надо? — с усталой надеждой спрашиваю я ее, мечтая закончить это цирковое представление. Говорят, раньше гадалки прибивались к цирковым труппам.
— Одна карта, пожалуйста! — Рита переворачивает последнюю карту. — О! Верховная Жрица! Но она перевернутая… Сейчас посмотрим…
Рита снова листает книгу, к выразительности чтения добавляется предсказательно-зловещая интонация:
— В вашей ситуации неблагоразумно продолжать попытки реализовать задуманные планы, потому что вам не удастся преодолеть возникшие трудности. Если вы не отступитесь от задуманного, у вас появятся враги или же всплывут на поверхность секретные сведения о вас, которые не позволят осуществить эти начинания. Тогда вы ясно поймете, с кем или с чем имеете дело. Надо набраться терпения и действовать осторожно.
— Спасибо, Рита, но мне очень хочется отдохнуть, может, даже поспать, — твердо прерываю я ее и всё-таки направляюсь в свою комнату.
— Не проспи выход в театр! — кричит мне вдогонку Рита.
— Какой театр? — торможу у первой ступеньки, ей, наконец, впервые удается меня удивить, и я этого не скрываю.
— Сегодня мы идем на концерт! — радостно отвечает мне Рита, получая удовлетворение от моей растерянности и неинформированности. — Никитон сказал, что я тоже приглашена. Просил передать тебе, сказал, что не может до тебя дозвониться.
— Когда сказал? — задумываюсь я.
— Звонил. За полчаса до твоего возвращения, — рассказывает Рита и тут же расстраивается. — Ты против, чтобы я пошла с вами? Вам хочется проводить время только вдвоем?
Мне хочется ответить, что я против того, чтобы идти самой. Но вслух посоветовать им пойти без меня не решаюсь. Не хочу, чтобы эта девочка-женщина вмешивалась еще и в мои отношения с «мужем».
— Что ты! Какое уединение в театре? — дарю Рите улыбку. — Буду рада!
Через пару часов, благодаря Виктору Сергеевичу, в моем шкафу в доме Верещагина одежды больше, чем в Нарнии. Так мои лучшие подруги, Сашка и Варька, называют мой платяной шкаф дома у мамы. За три недели, что я живу у отца, он уже завалил меня подарками, да и сама я первые недели посвятила новому гардеробу.
Какой концерт? Зачем? Понятно одно: Верещагин закрепляет в сознании окружающих образ нашей счастливой супружеской пары — раз. Демонстрирует мне, что управляет событиями моей жизни, — два.
— Ухаживает за животными? — пораженно спрашивает Сашка, которой я звоню после контрастного душа. — Неожиданно! Охотник ему подходил больше, чем волонтер.
— Не сам ухаживает. Я поняла, что он финансово поддерживает приюты, — объясняю я. — Хотя лично знает и волонтеров, и ветеринара. Общается с ними, даже дружит.
— Почти святой! — недовольно фыркает Сашка. — А тебя использовать пытается! Не забывай об этом!
— Отец обнадежил меня, что справится с ситуацией, — спокойно рассказываю я. — Да и как использовать? Не понятно. Так ничего, кроме совместного проживания, и не потребовал.
— В постель тащит? — предсказуемо сердится Сашка.
— Да не тащит, вроде… — честно отвечаю я. — Так… Пара неуместных шуток.
— Что планируешь? — волнуется Сашка. — А вернуться домой, к маме, к нам?
— Отец просит не делать этого. Да и технически проблематично. Меня охраняют, — объясняю я подруге.
— Жесть! — стонет Сашка. — Триллер какой-то! Всё у вас, небожителей, не по-человечески!
— Каких небожителей? — расслабившись, смеюсь я. Сашка, как всегда, подняла мне настроение.
— Обыкновенных. Богатых и влиятельных, — отвечает Сашка. — Охрана, тайны семейные, деньги большие, люди странные.
— Это не моя тайна. Не моя война. Не мой мир. Я не хочу и не буду в нем жить, — твердо говорю я.
— Не сомневаюсь, подруга! — клянется мне Сашка. — Что бы ты ни сделала, можешь на меня и всех нас рассчитывать!
— Я знаю, — еще тверже говорю я. — Я знаю, что у меня есть вы. Поэтому я сильнее.
— Слушай, Лерка, лиши его сна и отдыха! — категорично требует от меня всегда предпочитающая активную позицию Сашка. — Запутай его, разрушь планы — пусть так запутается, что перепутает день и ночь, черное и белое, пол и потолок! Только так можно заставить его отступить от придуманного и выношенного плана мести тебе и твоему отцу.