Он потянулся в свой карман на груди, достал оттуда сигареты. Руби похлопала его по руке, когда он стал искать зажигалку.
- Никакого курения, - сказала она. - Свет от бычка выдаст нас.
- А, ну да, - он убрал сигареты. - Хорошо, выдвигаемся.
Несмотря на то, что вентиляция сдохла, когда они отключили электричество, в комнате для мяса было прохладно. Из-за пота кожа Стефани промозгла. От мурашек она хотя бы осознала, что по-прежнему может что-то чувствовать, что означало, что она по-прежнему жива.
И это жизнь.
Посмотрите на нее: на корточках пробирается во тьме холодильника, пока ее коллеги переносят мешки, которые сложены в кучках стейков и кусков свинины, в поисках ножа, который она сможет применить против человека. Она надеялась, что это будет Гордо. Если ей удастся, она надеялась, что она доберётся до мошонки маленького насильника и затолкает ее ему в глотку, затем острижёт его "перчик" и использует его, как мешок для мусора. Затем они могут уйти. Она почувствует себя гораздо лучше, если оставит его евнухом. Парни, которые не принимают "нет", как ответ, не заслуживают инструментария, который пригодиться в случае согласия.
Она посмотрела мясные куски, гадая, сможет ли она снова их попробовать после сегодняшней ночи. Только вид одного Антонио мог превратить любого в вегетарианца. Его изуродованная плоть вызвала у Стефани рвотные позывы. То, что он стоял - уже было чудом. Он обернул раны в целлофан.
Антонио достал мясницкий нож из шкафчика и передал его Стефани. Bзяв огромный нож в свои руки, она поняла, что может срезать мягкую кожицу с персика с его помощью. Пиздец, он был острым.
- Радикально, - улыбнулась она.
Перед тем как покинуть холодильник, Антонио бросил последний взгляд на комнату с мясом, которая являлась его вторым домом последние пять лет. Даже если они выживут, а громилы "Дьявольской Пищи" будут арестованы, он сомневался, что ему удастся вернуться. Кто вообще решиться здесь закупаться после вторжения? "Фрешвей" превратился в дом ужасов. Это должно было оказать негативное влияние на бизнес. Покупать здесь еду было бы примерно тем же самым, что есть поздний обед на месте, где "семья" Мэнсона убила Шэрон Тейт. Дома, где произошло убийство, никогда больше не продаются. А магазины, в которых произошло убийство, должны быть закрыты. Он часто переживал, что "Фрешвей" закроется из-за того, что "Дьявольская Пища" переманила всех их клиентов, но до сегодняшнего момента они держались. Но "Дьявольская Пища" просто придумалa другой способ их закрыть.
Он провел рукой по целлофану, покрывавшему поднос с идеально нарезанными и перевязанными вырезками. Он поцеловал кончики пальцев и поднес руку к премиальным стейкам USDA. Даже Тоду не удавалось забрать гордость Антонио за то, что он их приносил, превращая его отдел в самый популярный мясной отдел в городе. Он часто размышлял о том, чтобы сделать мясной отдел независимым от магазина, как если бы он вел свой собственный бизнес - магазинчик мясника, - какой был у его отца. Мясо было в крови Антонио, часть его сердца и истории, мастерство старой школы в лучшем его проявлении.
Первоклассное.
Это означало наилучшее из возможных качеств, самую важную вещь или состояние огромной бодрости и силы. Первоклассная жизнь. Антонио поник, когда понял, что свою основу он потерял. Единственное, что на данный момент было первоклассным - это убийцы, которые их преследовали. Это были самые зловещие люди, с которыми ему удалось пересекаться. Если команда "Фрешвея" планировала пробиться через все это, то они должны были стать такими же беспощадными. Надо огнем бороться с огнем. Сжечь уебанов нахуй.
Он закрыл за собой дверь холодильника.
Время для мечтаний прошло. Настало время принять реальность.
10. Разорванные
Скот завернул машину ко входу во "Фрешвей". Приятный ночной воздух тянул из открытого окна, развивая его длинные волосы. Отстойно, что толстому приходилось выходить на работу, но, вероятно им скоро не придется волноваться о работе, если они не будут осторожными.
- Видишь машину Педриллы? – спросил он у Гейба.
Гейб посмотрел с пассажирского места на коллекцию машин, которые были припаркованы у магазина.
- Не думаю, чувак. Мы в безопасности.