Букер с помощью цепи начал хлестать голову пидору, затем направился к тротуару, в боку кололо, ноги сводило. Он приблизился в передней двери, где грузовик Деcмонда пробил фойе.
Мужчина на мотоцикле развернулся. Сейчас он двигался на Букера, хохоча, как какой-то повернутый шакал. Убежать был только один путь.
Букер нырнул в магазин. Безумец на мотоцикле последовал за ним в фойе. Букер махнул цепью в его сторону, но промахнулся, затем сам нырнул в паллеты, прямо в туловище бедной Милы. Скорбеть не было времени. Он сморщился, когда его ботинки проскочили через красную кучу ее останков. Куча паллетов была слишком зубчатой, чтобы мотоцикл мог проехать через нее, так что мотоциклист рванул через вход магазина, в надежде объехать с другой стороны, чтобы добраться до Букера. Объезд не займёт у него много времени.
Тут же Букер открыл дверь грузовика Деcмонда, чтобы поискать какое-нибудь оружие, которое будет длинее, чем нож. Hо как только он увидел, что в замке зажигания болтаются ключи, он понял, что наткнулся на самое великое оружие из всех возможных.
- Ну, это было мерзко, - сказал Руби.
Из под пресса сочилась кровь.
- У нас не было выбора, кроме как заманить его в засаду, – сказал Антонио. – Я понимаю, ты просила, чтобы никакого больше насилия не было. Руби, но мы не смогли найти пути, чтобы сбежать через заднюю часть. Мы могли либо подождать здесь и вырубить их, или попытать удачу и пройти через продовольственный отдел.
Они услышали шум на заднем дворе. Двигатели. Крики. Что-то хлопнуло.
- Что, черт подери, они сейчас делают? – спросила Стефани.
- Вот дерьмо, - сказал Антонио. - Думаешь они собираются проникнуть через заднюю часть?
- Не хочу ждать, чтобы выяснить, - нахмурилась Руби.
- Ну, это происходит в продовольственном отделе, - сказала Стефани.
Трио побежали по коридору к задним полкам, проходя через двери отдела с выпечкой. Если бы они прождали еще хотя бы немного, они бы увидели, как прицеп отъезжает от загрузочной двери, оставляя дверь широко раскрытой, чтобы они смогли покинуть здание.
Сидя за стойкой, Кайл наблюдал как Деcмонд со своими дьявольскими лакеями двигались через магазин. Он ругал себя. Как, блядь, он должен был убрать шестерых за один раз? Нож едва был подходящим оружием для массового убийства. Единственным способом было "снимать" их по одному, как бесшумный снайпер. Если бы только у него была пушка, а не нож, который предназначался для разделывания рыбы.
И где были остальные? Ему бы пригодилась их помощь сейчас. Господи, он мог только надеется, что они по-прежнему живы. При мысли о том, что Руби убили тем же способом, что и Дарлу, ему становилось больно. Не так давно, Стефани пыталась его выебать в сортире, a сейчас, вероятно, она болтается на крюках без кожи. От этой мысли ему скрутило желудок. Затем он снова подумал о Миле, и кровь за пульсировала в висках.
Ладно. Они превосходят тебя числом. Но с этой хуйней, чувак, ты должен разобраться, как Чак Норрис. Должен быть способ. Сделай это ради Милы!
Он прокрался из-за регистрационной стойки, паук во тьме. Будучи ребенком, он хотел стать ниндзя (еще одно достижение, которого он не достиг) и занимался каратэ. Разумеется, он растерял все навыки, но его наполняли фантазии. Он чувствовал себя, как будто он в кино, пока он крался на цыпочках. Все, что ему не хватало, это крутой маски и сюрикенов. Это было заблуждение, но оно придавало его яйцам вес, чтобы он не останавливался преследуя свою добычу.
Добыча, стала охотником!
Он подавил смешок, прекрасно понимая, что теряет самообладание.
13. На этот раз, это война
Деcмонд потер переносицу. Ему нужен аспирин. Все шло не так гладко, как должно было. Пока он шел к медицинскому отделу, Лэйла и другие сотрудники волочились за ним, как раздражающие маленькие собачонки.
Чем сегодня займемся, Спайк?
Он сохранил четырех громил вместе с Лэйлой, туловища, которые, как он полагал, по своей функции были немногим полезнее, чем живые щиты. Тут были Рейн и Саншайн, сиамские близнецы с самурайскими мечами. На них было так много белого грима, что невозможно было определить их национальность. Под этими шелковыми робами, как знал Деcмонд, прятались подтянутые тела с еще более подтянутыми "кисками", с такими охуенными сиськами, что на обложке журнала "Heavy Metal", они бы смотрелись на своем месте.
Затем тут был Лирой Браун, единственный чернокожий сотрудник, которого нанял Деcмонд. Он был высоким и тощим, и обожал свою булаву – не перцовый баллончик, а стальной шар с шипами, соединенный с рукояткой длинной цепью. Сам себя он называл "Плохой плохиш" Лирой Браун и носил шипастый ошейник, как пес со свалки.