Мне казалось, что я уже перешагнула порог тошноты, когда смотрела на Ти, но созерцание того, как Анна кормится, вывело мою тошноту на совершенно новый уровень. Из шеи Сайк хлестало больше крови, чем Анна могла поглотить. Я видела, как темная шерсть её пальто становилась еще темнее, и в офисе стоял сильный запах крови.
Я хотела спасти Сайк, но не могла придумать как. Она была здесь, она сама выбрала сделать это, что бы это ни было — на входе мы слышали обрывки какого-то ритуала. Она была дневным существом. Это была… её работа.
Но крови было просто невероятно много.
Я бы повернулась к Ти, чтобы спрятаться от этого зрелища, но взгляд на него прямо сейчас мог сделать все только хуже.
Наконец Анна закончила. Её зубы втянулись, и она снова превратилась в девочку, которую я знала. Её язык прошелся по губам, слизывая остатки.
— Вы в порядке? — спросила я их обеих с другого конца комнаты. Сайк на мгновение осела на руки и колени, и странно было видеть такое могущественное прежде существо бессильным и запыхавшимся. Похоже на то, как тебе жалко старого тигра в клетке, хотя ты прекрасно понимаешь, что он все еще может откусить тебе руку.
— Со мной все будет хорошо, — Сайк поднялась одним плавным движением и накинула капюшон плаща, чтобы я не видела следов, которые Анна оставила на её шее.
— А… Анна?
— Привет снова, человек, — сказала Анна, выглядя весьма довольной собой.
— Вы двое знаете друг друга? — спросила я, показывая пальцем то на одну, то на другую.
— И знаем, и нет. Обсудим это в машине, — Сайк протиснулась мимо меня и направилась к выходу. Анна улыбнулась и выудила зажигалку из одной из кучек одежды с прахом в комнате. Она щелкнула ею раз-другой и ухмыльнулась. Даже без обнаженных вампирских зубов это выглядело жутко.
* * *
Снаружи у Сайк был припаркован длинный черный автомобиль, окна которого были такими же тонированными, как и его цвет. Когда она подошла, двери издали отчетливый писк, и она открыла заднюю дверь с пассажирской стороны.
— Садись.
Я так и сделала, скользнув по кожаному сиденью до упора. На заднем сиденье лежали желтые блокноты и карандаши.
— Посмотри под сиденьем. Там покрывало — вытащи его.
Я выполнила указание, пока Ти устраивался на сиденье рядом со мной. Ткань оказалась плотной и совершенно темной. Она развернулась, когда я потянула за неё, и я передала её Сайк на переднее сиденье, на мгновение подняв ткань между собой и Ти. Словно игра в прятки с трупом. Когда он снова показался, я попыталась ободряюще ему улыбнуться.
— А как же машина Ти? — спросила я.
— Он заявит, что её угнали. — Она посмотрела на него через зеркало, на это месиво из растерзанных тканей, которое было моим парнем (ну, что-то вроде того). — Советую тебе сделать это за него.
Я не нашлась что ответить. Ти засунул пистолет в куртку и своей единственной здоровой рукой потянулся за блокнотом и карандашом. Вдалеке завыли сирены — это был не тот неблагополучный район, где люди могли бы проигнорировать столько выстрелов. Просто это был пустующий бизнес-парк в начале субботнего дня, и кому-то потребовалось время, чтобы понять: этот громкий повторяющийся грохот — вовсе не барахлящий карбюратор.
Из здания выбежала Анна, набросив на голову огромный кусок ковролина для защиты от солнечного света. Она тащила его за собой, мчась галопом, пока Сайк не открыла пассажирскую дверь изнутри машины, и девочка смогла запрыгнуть внутрь, сразу же окутавшись приготовленным светонепроницаемым мешком Сайк.
— Дело сделано! — раздался её голос из-под ткани.
— Спасибо, — ответила Сайк, переключая передачу. Я повернулась, чтобы посмотреть в заднее стекло, когда мы тронулись. Из здания, которое мы покидали, валил густой дым.
Мне было плевать, куда мы едем. Я не чувствовала ни возбуждения, ни грусти — я понимала, что это снова шок.
Ти нацарапал несколько слов в блокноте на коленях, а затем легонько подтолкнул меня плечом, чтобы привлечь внимание.
«Я этого боялся», — написал он аккуратными печатными буквами.
— Какого именно момента? — Бояться тут можно было много чего.
Он нарисовал смайлик, а затем дописал: «Все это?»
— Хе-хе, — смотреть на него было тяжело. Потребовались все мои медсестринские силы, чтобы меня не вывернуло прямо здесь, на дорогое черное кожаное сиденье Сайк.
«Того, что тебе придется увидеть меня в таком виде. Когда-либо», — продолжил он на странице.
— Бывало и похуже, — храбро соврала я. Худшее, что я видела… ну, они уже были мертвы. Или на грани смерти. А не заперты в каком-то чудовищном лимбе. Но единственной чудовищной вещью в Ти было то, что он пострадал, помогая мне. Я не могла отвернуться от него сейчас.