— Чтобы порождать еще больше отчаяния. Даже далекая боль, причиненная Зверем, принадлежала им по праву. Представь себе, как боль сочится, словно вода по стене пещеры, пока не сливается с другими такими же каплями и в конце концов не стекает в протекающую внизу реку.
— А я-то думала, что букмекеры и контрабанда наркотиков — это худшее, что бывает, — пробормотала я про себя.
— О, нет. Это всего лишь ради денег. Власть — совсем другое дело. — Она снова закрыла глаза и, похоже, мысленно собиралась с силами, чтобы попытаться встать.
— Сайк… почему ты не могла просто заставить её остаться?
Сайк замерла в своем движении и посмотрела на меня.
— То есть ты не знаешь?
Список всего, чего я на данный момент не знала, занял бы чертову библиотеку. Сайк увидела выражение моего лица и сжалилась над моим невежеством.
— Звери зовут их nochnaya, что значит ночные. Она дитя-вампиров, рожденный от двух родителей-дневных, истинное дитя ночи. Именно ради этого они держат нас, дневных, в узде — в надежде, что когда-нибудь кто-то из нас, один из наших детей, станет таким же, как она. — Сайк глубоко вдохнула и выдохнула. — Прямо сейчас она всё еще маленькая девочка. Голодная, злая маленькая девочка. Но она способна расти и меняться. Потому что, в отличие от всех остальных, она на самом деле жива. Неужели ты не заметила?
Я поджала губы, вспомнив, как прошлой ночью мне почудилось биение её сердца. Возможно, я не знала этого наверняка — но я это чувствовала.
— Она будет жить вечно, пока сама не решит остановиться, — продолжала Сайк. — А затем, когда она умрет и восстанет снова через три дня… Для вампиров она станет кем-то вроде бога. — Она посмотрела на меня, и её взгляд словно бросал мне вызов. — Богу не указывают, когда оставаться, а когда уходить. Она хотела быть свободной, поэтому и ушла.
Не думаю, что Сайк стала бы останавливать Анну, даже если бы Трон Роз прямо приказал ей об этом. Слишком уж много общего было между ними. Она с любопытством потрогала свои перебинтованные раны пальцами.
— Она так долго голодала. Мне повезло, что она оставила меня в живых.
И мысль о том, что я могла бы зайти в гостиную и обнаружить труп Сайк на своем диване, стала последней каплей. Я едва не закричала на неё:
— Ты бы позволила ей убить себя?!
— Я бы умерла за неё и была бы этому только рада.
— Ты не можешь говорить это серьезно, Сайк… — Я покачала головой.
Медленная, искренняя улыбка расплылась по её лицу.
— Я никогда не буду достаточно сильной, чтобы отомстить за всё, что было сделано. Но когда-нибудь — она сможет.
Она призадумалась над этим, на мгновение повеселев, а затем резко поднялась на ноги. Я вскочила вслед за ней, готовая подхватить её, если она начнет падать.
— Мне пора идти, нужно готовиться к твоему суду, — сказала она, придерживая у плеча клочья своей рубашки, прежде чем взять плащ.
Я покачала головой.
— Останься здесь.
— Со мной всё в порядке.
— Ага, конечно. — А может, её машина была настолько шикарной, что ездила сама. — Сайк, ты потеряла кучу крови. Они всё поймут.
Она накинула плащ на плечи с болезненным шипением и расправила воротник, прежде чем заговорить снова:
— Мистер Уэзертон подписал контракт. Это единственное, что сейчас имеет значение. — Она направилась к моей входной двери.
— Она явится на суд? — крикнула я ей вслед.
Её рука уже лежала на дверной ручке.
— Я бы пожала плечами, но это будет больно, — бросила она и вышла.
И вот я осталась наедине со своим испачканным кровью диваном. Если Анна не явится сегодня вечером, я не была уверена, что мистер Уэзертон всё еще захочет заниматься этим делом.
38 Sike в молодежном слэнге означает то, что все что было сказано ранее, было шуткой
ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ
Какое-то время я сидела посреди своей совершенно пустой гостиной, собираясь с мыслями. Во-первых, мне нужно было в душ. Срочно. От меня несло десятью разными видами мерзости.
Во-вторых, мне следовало написать письмо Джейку и отдать его Сайк до того, как она ушла. Впрочем, еще не поздно. Я достала бумагу из тумбочки и порылась в сумочке в поисках ручки. И тут я вспомнила про святую воду Папы Римского. Я пошарила рукой внутри полузастегнутой сумки, ища её, но ничего не нашла.
Я полностью расстегнула молнию на сумке и вывалила всё её содержимое на пол. Кошелек и ключи были на месте, но святая вода исчезла.
Я попыталась вспомнить, когда видела её в последний раз. Мясник отдала её мне, и сразу после этого я её припрятала. Ти не стал бы её красть, и Сайк уж точно этого не делала. Кого еще я видела между тем моментом и нынешним?