Я и Никита сидели в кабинете на своих негласных местах. Я разговаривала по стационарному телефону и так же подтвердила следователю, что в этот момент вела беседу с бригадиром о работе. Парень расслабленно сидел рядом в компьютерном кресле и пялился в телефон, иногда поворачивая голову в мою сторону. Я чувствовала, как сердце начало биться сильнее, а в висках закололо. Я с нетерпением ждала отключения света… И вот спустя пять–семь минут свет действительно отключился… На какие-то несколько секунд. Просто моргнул, словно был перепад напряжения, а изображение пошло лёгкой рябью. И тут я прямо почувствовала, как мои глаза округлились настолько, что были готовы выпасть из орбит. Меня аж зашатало, начальник и следователь обеспокоено посмотрели на меня, но я лишь отрицательно помахала головой и наклонилась ближе к экрану, чтобы всё лучше видеть. На видео прекрасно было видно, как я осмотрела помещение и начала пробовать перезванивать бригадиру, что также подтвердила на словах. А Никита словно завис, смотря отрешённым взглядом в одну точку… Он смотрел на меня. Парень резко бросил телефон об пол, да с такой силой, что тот отскочил прямо в стену и упал разбитым экраном вверх. Я не успела отреагировать, как друг Никита достал канцелярский нож и набросился на меня, повалив на пол и несколько раз ударив лезвием в моё плечо. Укусы монстра заныли, я погладила перебинтованное плечо, уже не веря ни своим глазам, ни своим воспоминаниям. Разворачивающаяся борьба с коллегой была идентичной той схватке с чудовищем, я также достала нож из кармана штанов и всадила его в щёку Никиты. Тот отстранился от меня, и пока я отползала, парень достал лезвие из щеки и полоснул себя по горлу, от уха до уха. Я же вскочила на ноги, оттолкнула заливающееся кровью тело и выбежала из кабинета.
В голове неоновой вывеской вспыхнули мои же, как оказалось, пророческие слова в адрес коллеги: “Иди в кабинет! Кстати, живым ты оттуда не выйдешь!”
— Этого не может быть... — я резко выпрямилась и попятилась, врезавшись спиной в небольшой книжный шкаф. Евгений остановил запись, они вдвоём начали что-то спрашивать, но я не слышала их. Я как заколдованная смотрела на замершее в ужасе окровавленное лицо Никиты, как на том фото... как когда монстр подкинул мне его голову.
Как только темнело, я во всей квартире включала свет. Я не могла сомкнуть глаз в темноте, ни в больнице, ни тем более у себя дома в одиночестве. Мне всё время чудилось, что монстр наблюдает за мной из тёмных углов, скалит зубы в ужасной улыбке, а слюни капают с подбородка прямо на пол. Полиция быстро от меня отстала, как только я дала все возможные показания и подтвердила то, что «помнила». Но теперь несколько раз в неделю мне нужно наблюдаться у врачей. Во-первых, ранение в плечо, во-вторых, моя «частичная потеря памяти» не прошла бесследно, и теперь я стою на учёте у невролога. Ещё и к психотерапевту хожу, начальник настоял: после такого потрясения я очень плохо сплю и очень много нервничаю, что неудивительно. От больничного я отказалась, но теперь хожу только на дневные смены, спасибо Евгению, что пошёл навстречу. Коллеги смотрят на меня то с сочувствием, то с подозрением, хотя откуда это подозрение могло взяться? Но, как говорится, про слухи: “Тут пукнул – там обосрался”.
Время уже было позднее, а сна ни в одном глазу не было. Я сидела на кухне за ноутбуком, отвлекалась на документальный фильм о насекомых (хоть я их и ненавижу) и пила уже остывший чай с мятой. Собака похрапывала в моей комнате, а из зала доносился звук включённого телевизора. Мне нравилось создавать видимость оживлённой квартиры, особенно после той ночи, поэтому на фоне частенько включала канал с новостями. Мне так было спокойнее, а об оплате электричества я старалась не думать.
Но вдруг... свет отрубился. И только экран ноутбука освещал моё в миг побледневшее лицо.
Позади меня послышалось очень довольное рычание...