Звонок ничего не дал. Гудки стихли, а вслед за ними и музыка. Со второго звонка телефон больше не откликался. Мне ничего не оставалось делать, как продолжить идти к выходу.
Может, я правда сошла с ума? Может, психотерапевт ошибся, и у меня не тревожно-депрессивное расстройство, а шизофрения? И я действительно сейчас в припадке бьюсь головой об стену, пока коллеги в панике пытаются меня успокоить? А то, что я сейчас вижу, обусловлено моими детскими страхами и увлечением смотреть всякую паранормальную жесть перед сном?
Или может, это один из тех осознанных снов, о которых многие любят поговорить? Да и у меня как-то такое было. Ещё ребёнком увлеклась игрой “Слендермен”, залипала в неё до посинения, постоянно смотрела видео прохождений. Даже посмотрела документальный фильм, где две малолетние девочки из Америки чуть не причинили вред своей подруге, потому что верили, что Безликий существует. И как-то мне приснился сон, что я убегала через лес, будто кем-то преследуемая. Я сразу же поняла, что мне это всё снится, но никак не могла проснуться. И было так страшно, прямо как сейчас, от безысходности и беспомощности. Сон длился несколько секунд, но они казались вечностью, как оно обычно бывает. И тут мне в голову пришла идея: надо представить меню игры и нажать “Выход”, чтобы проснуться.
И у меня получилось это сделать. Стала ли я меньше увлекаться хоррорами? Ничуть. Как бы я ни пыталась логично объяснить происходящее, мои рассуждения никак не помогали мне выйти к кабинету. Я даже начала шёпотом проговаривать молитву “Отче наш”, хоть и помнила только первые несколько строк. Я повторяла её раз за разом, словно молитвенные слова должны были переместить меня домой, в безопасность. Или хотя бы защитить от тьмы вокруг меня.
Правильно говорят: “Не бывает атеистов в окопах под огнём”.
Я перестала обращать внимание на время, когда перевалило за час ночи. Так же быстро перестала пытаться объяснить себе происходящее, просто надеясь, что скоро этот бесконечный коридор из стеллажей закончится.
Снова позади меня раздался странный звук. Такой громкий и противный, словно кто-то сдвинул железную бочку, и та чуть проехалась по алюминиевому поддону. Я замерла, направив луч света на верхние ряды, оглядывая сырьё. Всё стояло на своих местах. Направила фонарик чуть выше, несколько ламп хаотично качались из стороны в сторону, остальные поблизости спокойно висели. Мурашки снова пробежались по шее и затылку, а я инстинктивно сжалась, словно тело готовилось к удару.
- Кто здесь? - как-то само собой слетело с губ, будто это был самый логичный вопрос из ранее заданных. Естественно, мне никто не ответил, потому что никого, кроме меня и Никиты, здесь не было. И не могло быть… Так ведь?
Всё! Больше не буду обращать внимание ни на какие звуки! Просто буду идти вперёд!
Но я даже шага не успела сделать. Направив свет на пол, я краем глаза заметила непонятный силуэт, который лишь на секунду показался в луче фонарика. Затаив дыхание, я немного сместила запястье, краем света задев знакомые рабочие ботинки и штанины родной красной формы. Хоть фонарик и был выкручен на максимум, свет кое-как доставал до одежды.
Он стоял прямо по центру прохода...
И почему-то я не могу сказать с полной уверенностью, что там стоит Никита. Напротив, все мои чувства и инстинкты орали в рупор: МОНСТР! БЕГИ! Тело оставалось в напряжении, готовое сорваться с места в любой момент. Рука дрожала, я не смогла заставить себя направить свет выше, я необъяснимо боялась увидеть, что там находится дальше, за ногами.
Несмотря на всё, я полностью игнорировала свои ощущения, да и всю ситуацию в целом, как полная идиотка. Обычно такие умирали первыми в ужастиках.
- Никит? - мой строгий голос стал таким писклявым от страха, что аж самой было не по себе. - Никит, пожалуйста, хватит придуриваться, это не смешно.
Надежда на то, что всё в порядке, и просто произошла череда недоразумений, ошибок, путаниц и других синонимов, только что умерла окончательно. Реальность происходящего беспощадно нахлынула на меня, готовая сбить с ног и размазать по бетонному полу.
- Хватит... - я готова поклясться всем, что у меня было, этот голос звучал из самого ада. Низкий, рычащий, словно со мной пытается заговорить зверь, и ему очень трудно это даётся. – Хватит... Придуриваться... Не смешно...