То, что произошло дальше, казалось каким-то странным, извращенным сном. Ближайшая дверца «ягуара» открылась, и огромный мужчина с обветренным, морщинистым лицом выскочил наружу с поразительной быстротой. Старик сразу узнал его.
Он стоял, разинув рот, а огромная, как тарелка, рука схватила его за горло, и Грант, а это был он, произнес тихо:
— Где они, Помещик? Они нужны мне, причем быстро!
Он ослабил хватку, и старик глубоко вздохнул:
— Они наверху, мистер Грант, в офисе у Ментона на первом этаже. Это единственная комната в доме, где есть какая-то мебель.
Едва успев произнести эти слова, он отпрянул, так как помещение сразу наполнилось полицейскими. Грант сказал:
— Ладно, Помещик, если ты хочешь выйти отсюда невредимым, ты должен сделать вот что…
Ментон проглотил свое виски и за несколько минут уже пятый раз посмотрел на часы.
— Похоже, он не торопится!
— А может быть, его схватили? — хрипло рассмеялся Доннер. Он сел на край стола, положив на колени карабин, с сигаретой в углу рта, полузакрыв свой зрячий глаз. Другой глаз был неподвижно и неприятно раскрыт. Он был более чем навеселе и потянулся за бутылкой, чтобы снова налить себе.
— Оставь бутылку, — сердито сказал Ментон, — тебе потребуются все твои мозги, чтобы пережить эту ночь!
— Дни, когда вы мне отдавали распоряжения, мистер Ментон, миновали, — сказал Доннер, наливая себе виски.
Ментон сделал шаг в его сторону и внезапно остановился, услышав, как кто-то стучит в дверь.
— Кто это?
— Это я, мистер Ментон, — ответил Мрачный Помещик. — Джанго вернулся.
Ментон сразу почувствовал, как внутри у него разлилось облегчение; он повернул ключ. В ту же секунду дверь распахнулась внутрь, и он увидел Гранта с лицом бога возмездия и рядом с ним — Миллера, глаза которого выглядели как черные дыры на белом, как кость, лице. Позади них он увидел других высоких людей в синей форме, которые рвались вперед, как прилив, как захлестывающая волна.
Доннер попытался вскинуть карабин, но было слишком поздно: Ник швырнул в него стул, который попал в затвор, и произошел бессмысленный выстрел. Карабин разрядился в пол. Грант проскочил последние десять футов, и его огромный кулак сильно ударил Доннера по правой скуле.
Уже спустя мгновение Доннер лежал на полу, под тяжестью четырех мужчин, тщетно пытаясь с ними бороться. Понадобилась помощь еще двоих, чтобы препроводить его в закрытую машину.
Глава 20
Когда они приблизились к центру города, туман усилился, и Гарвалд, сидевший в мини-«купере», съехал с главной дороги и продолжал ехать к реке, придерживаясь боковых улиц.
— Откуда ты взял машину? — спросила Белла.
— Приятель одолжил.
Они продолжали ехать еще некоторое время в молчании. Затем она заговорила снова:
— Много времени прошло, правда, Бен? Я имею в виду с тех пор, как мы были с тобой вот так вместе.
— Слишком много, мой ангел, — ответил он, и его голос звучал твердо.
Она, по-видимому, поняла это, вынула золотой портсигар и сунула в рот сигарету.
— И что же ты собираешься делать дальше?
— Когда получу деньги? — Он ухмыльнулся. — Я отправлюсь домой, Белла. Назад, в старую деревню. У моего дяди в Антриме есть ферма, и ему никто не помогает. С меня хватит городов.
Она изумленно подняла на него глаза и рассмеялась:
— Ты — фермер? Я поверю в это только тогда, когда увижу собственными глазами.
— Происходят еще более странные вещи!
— Например?
— Ты продалась, чтобы стать грелкой в постели старика, — сказал он с жестокостью, заставившей ее замолчать.
Когда они подъехали к реке, вокруг не было видно никакого транспорта. Они въехали в район темных больших складских помещений, запертых и покинутых на ночь. По ее указанию Гарвалд остановился под фонарем в узком проулке рядом с воротами. Сквозь железную решетку он мог видеть огни барж, причаленных на противоположной стороне реки. Огни сверкали сквозь туман, но единственным раздававшимся в тишине звуком был плеск воды, разбивавшейся о столбики пристани.
— Дальше придется идти пешком, — сказала она ему.
Бен вышел из машины и пошел с ней рядом. Главные ворота были заперты, но маленькая калитка открылась под ее рукой, и они вошли в гавань.
Один или два старинных фонаря, приделанные к стенам складов, давали некоторое освещение, но туман, поднимавшийся с реки, сильно уменьшал видимость.
Они прошли дверь с надписью «Пристань Хейген — главная контора» и продолжали идти по черным блестящим булыжникам к последнему фонарю в конце старого склада. За ним кончались рельсовые пути, и деревянный настил исчезал в тумане, уходя во тьму реки.