- Ты либо прикидываешься, или дурра, раз не понимаешь, какая это удача. Я отдала несколько твоих рукописей ему, он передаст их своему другу. Тот их прочитает, и на выходных во время бала, на который я их пригласила, мы узнаем результат. Здорово, правда?
- Что ты отдала ему?
Я остановилась, начиная закипать от злости.
- Твои рукописи, что просила у тебя почитать.
Совершенно не понимая моего состояния, Тина стояла напротив, невинно хлопая ресницами. В этот момент мне по-настоящему хотелось ее ударить, очень сильно, а желательно и чем-нибудь тяжелым, но я сдерживалась, как могла.
- Как ты могла их отдать человеку, которого знаешь всего один вечер, да еще и не спросив моего разрешения!?
Я злилась, поэтому последние слова вышли слишком громкими, привлекая к нам внимание прохожих.
- Но я хотела как лучше?
Пытаясь оправдаться, начала, было она, но я тут же ее перебила.
- То есть для меня будет лучше, если мои рукописи присвоит себе не понятно кто? Тот, кого ты видела в первый раз, а возможно и вообще больше не увидишь!?
Только после этих слов, на лице подруги появился страх и понимания своей собственной глупости.
- Прости, Лами, я правда хотела как лучше!
Она потянулась ко мне, и почти схватила рукой за плечо, но я успела увернуться.
- Если ты правда этого хотела, то для начало спросила бы моего мнения!
Мы за все время знакомства и дружбы с ней еще ни разу не ругались. Были конечно некоторые разногласия, которые быстро улаживались, но не больше.
- Прости, я не подумала!
Она сделала шаг ко мне, но я повторила ее маневр, только отступая назад. Слова вырвались раньше, чем я успела обдумать или успокоиться. Как бы я потом не жалела о сказанном, но было уже поздно.
- Да я как заметила, ты вообще не слишком-то любишь себя обременять мыслительным процессом в целом. Конечно, если это не касается новых шмоток, или очередного красавчика.
Она отшатнулась словно от удара по щеке, на глазах заблестели слезы, это потом я пойму, что она лишь хотела помочь мне, но не сейчас.
- Как ты можешь так говорить!?
Слеза стекали по щекам, оставляя черные подтеки от косметики.
- А как ты можешь распоряжаться тем, что тебе не принадлежит? Если у твоей семьи так много денег, то это еще не значит, что можно купить все и всех!
- Это все лишь твои истории, а ты ставишь их выше человеческих, настоящих отношений!
Ее слова ударили наотмашь, лишая воздуха в легких. Хотелось вздохнуть, но от возмущения нечего не получалось.
- Всего лишь история? Да для меня они ценнее и более человечны того, что ты называешь отношениями, которые заканчиваются поутру.
- Ну, по крайней мере, они у меня есть и я нужна им!
Она упрямо сжала ладони, смотря на меня сверху вниз. Ее слова ранили, но не сильно, я привыкла к одиночеству.
- Тешь себя иллюзией, что необходима именно ты, а ни твоя постель и деньги радетелей. Уж лучше я буду одна, чем с такими, как ты!
Слова были сказаны, а мы не замечали ничего вокруг и даже тех зрителей, что с интересом наблюдали за нашей перепалкой. Мы упрямо смотрели только друг другу в глаза, пытаясь показать и доказать свою правоту, не замечая, что теряем куда большее.
Развернувшись, Тина ушла, оставляя меня одну, с какой-то неприятной пустотой внутри. Я еще некоторое время стояла там, смотря вслед подруги и понимая, что мы оби погорячились. Но на занятиях она так и не появилась ни в этот день, не в следующий. До конца учебной недели, ее не было. Я уже начала волноваться, но староста группы мне сказала, что она просто заболела, но на бал придет точно.
Это был для меня шанс, найти ее там и поговорить. Попросить прощения за свои слова и попытаться наладить прежние отношения, если такое вообще оставалось возможным. Для этого пришлось сходить в магазин и купить вечернее платье и все к нему прилегающее. Мой выбор пал на черное платье-футляр, что выгодно скрывало все недостатки фигуры, а рукава и декольте укрощали кружева.